Доктор в теле гнусной графини: и тебя вылечим... - Анна Кривенко Страница 10

Кузнецов я поставила на почётную должность охраны поместья. Они дежурили по одному, сменяя друг друга днём и ночью. За это их докармливали, и парни были довольны.

Моя сумка с лекарствами была опустошена наполовину. Иногда я доставала её, вынимала всё содержимое и испытывала щемящее чувство тоски. Нашла пару носовых платочков, упаковку влажных салфеток, несколько шариковых ручек, блокнот, калькулятор. Всё это напоминало о доме и совершенно не вязалось с окружающей обстановкой.

Каким образом сумка попала сюда вместе со мной, до сих пор оставалось загадкой. И я не видела ни одной возможности разгадать её. Впрочем, забивать этим голову не хотелось.

Мне пришла в голову только одна логичная мысль: возможно, я здесь для какой-то миссии, и у меня есть шанс вернуться. Почему бы и нет? Может быть, я сейчас лежу где-нибудь в больнице, в коме, а моё сознание перенесено сюда какими-то высшими силами — вместе с сумкой — для помощи. И когда я помогу всем этим людям, они выздоровеют, научатся жить, то, возможно, я вернусь обратно.

Честно говоря, в это верилось с трудом, но я заставляла себя надеяться.

Кстати, питались мы теперь все вместе. По крайней мере, стол на тридцать человек (а к нам присоединились те, кто более-менее выздоровел) нашелся. Я сидела во главе, а по-прежнему испуганные и напряжённые слуги рассаживались по обе стороны от меня.

Да, я решила сразу вводить новые порядки — свои собственные, совершенно не заботясь о том, что перемена во мне произошла крайне разительная. Скоро люди привыкнут и перестанут удивляться.

Теперь мы обязательно молились перед едой. Не то чтобы я была религиозной, но мне хотелось создать антипод тому монстру, который был в этом теле до меня. Этих людей нужно было лечить не только физически, но и психологически.

Во мне вновь проснулся врач — моя истинная сущность, моё призвание, моя миссия. И это вдохновляло. Как всегда, собственные проблемы уходили в сторону, когда я бралась за любимое дело…

* * *

Когда основные проблемы были более или менее решены, я захотела разобраться с вопросами, которые давно гнездились в голове.

Я позвала Варю и начала расспрашивать её — нет ли здесь каких-то тайных подвалов или скрытых комнат, куда никогда не допускали слуг.

Но она лишь отрицательно мотнула головой:

— Я работаю здесь всего лет шесть, госпожа, — развела она руками. — Многого не знаю. Да и такие тайны нам бы никогда не доверили. Простите… Но я найду человека, который может знать. Старик Фёдор — он ещё вашему батюшке прислуживал. Сейчас его приведу.

Старик оказался крайне немощным. Он тоже переболел и теперь едва передвигал ногами. Я усадила его в кресло и приказала Варе его обслужить. Старику принесли горячего чаю и мягких булочек, которые он смог помять беззубым ртом.

Мужчина боялся смотреть мне в глаза, и мне пришлось включить всё своё обаяние, чтобы разговорить его. Я спрашивала о потайных комнатах, о подвалах, о чём-то таком, что неизвестно обычному кругу слуг.

Старик был бледен и явно не хотел говорить. В конце концов я спокойно, но довольно твёрдо приказала ему рассказать всё, что он знает. Напуганный изменением моего поведения, он выпалил:

— Батюшка ваш темницу держал, но чужих туда не пускал никого. Но уж вы-то и сами должны знать об этом, госпожа. Чего меня трогаете?