Родовое гнездо - Эльхан Аскеров Страница 100

— И как ты, друже, эту горечь пить можешь? Хотя, по чести сказать, пахнет она и вправду приятно.

— К такой штуке, друже, привычку иметь надобно, – усмехнулся Беломир в ответ.

— Эй, мужик. То твой товар? – оборвал их беседу неизвестный, кивая на телегу, где была выложена всякая скобянка.

— Мой. Чего желаешь? – коротко ответил кузнец, специально не называя неизвестного никаким определением. Хотя по одежде сразу можно было понять, кто перед ним.

— Сам ковал? – не спеша подойдя к телеге, продолжал допытываться боярин.

— То не важно. Товар тут. Смотри, выбирай, торгуйся, – всё так же угрюмо отозвался Векша.

— Место своё знай, мужик, – шагнув вперёд, рыкнул воин средних лет. Судя по доспеху, десятник.

— Пасть захлопни, пёс дворовый, – прошипел Беломир в ответ, прихлёбывая кофе. – На подворье своём тявкать станешь.

— Да ты, крапивное семя, и вовсе дурной. Хоть знаешь, на кого рот открыл? – тут же развернулся десятник к нему.

— Я сказал, пасть закрой, – не меняя позы, повторил парень. – Хочешь драки, так я тебя, холоп, прямо тут прирежу.

Удивлённо переглянувшись, воины дружно шагнули к костру, потянув из ножен кинжалы. Беломир уже приготовился к драке, когда боярин вскинул руку, громко произнеся:

— Нет! Не теперь. На торгу кровь только в кругу дозволена.

— Хочешь круга? – чуть повернув голову, поинтересовался Беломир ровным, безжизненным тоном.

Почему-то именно такой тон заставлял возможных противников крепко задуматься, а так ли нужна им эта драка. Так получилось и теперь. Невольно дрогнув, боярин огладил длинную, тщательно расчёсанную бороду и, тряхнув головой, мрачно ответил:

— Дело сладим, а к концу торга посмотрим. Так то твой товар или нет? – вернулся он к делу, повернувшись к Векше.

— Мой, – ответил кузнец, складывая руки на груди.

— Скобы тоже сам ковал? – не унимался боярин.

— Сам.

— Рябыня, ну-ка глянь, каков у него товар, – зло усмехнулся боярин.

От пятёрки воинов отделился крепкий молодой мужик и, подойдя к телеге, не глядя выдернул из корзины первую попавшуюся скобу. Положив её на левое бедро, он ухватился руками за концы и, сделав глубокий вздох, принялся выгибать её. Ожидавший чего-то подобного Беломир только злорадно усмехнулся. Векша, отковывая свои скобы, всегда подкаливал их, чтобы не гнулись в процессе вбивания.

Жилы на руках и шее воина вздулись канатами, глаза налились кровью, а скоба даже не думала сгибаться. Остановившись, Рябыня тряхнул головой и, отдышавшись, сделал вторую попытку.

— Ты только воздух тут от старания не испорть, – не удержавшись, поддел его Беломир, продолжая попивать кофе.

Услышав это, воины невольно заулыбались, отворачиваясь и старательно прикрывая рты ладонями. Боярин, заметив их реакцию, ещё сильнее насупился и, зло покосившись на парня, махнул рукой.

— Хватит. И так видать, что добре сделаны, – буркнул он, продолжая осматривать товар. – Откель столько железа доброго взял? – повернулся он к Векше.

— То мои дела, – буркнул кузнец в ответ. – Будешь брать, так плати деньги и забирай. А нет, так и отойди. Другие купят.

— Да тут даже лопаты железные! – изумлённо ахнул боярин. – Это откель же у вашего бродячего племени столько железа?

— В прошлом годе войско княжье побили. Вот с тех доспехов и отковали, – не удержавшись, ответил Беломир, хищно усмехнувшись.