На порубежье - Андрей Булычев Страница 100

Две пластунские сотни выходили из Юрьева уже в сумерках. У каждого при себе был небольшой щит и заплечный мешок со скаткой, у кого-то виднелся закинутый на перевязи самострел или в кожаном чехле-саадаке лук. В руке зажато копьё, на поясе прицеплены в ножнах короткие мечи. Растянувшись в длинную цепь на обочине дороги, воины совсем скоро пропали из виду.

— Легко идут, — стоя на крепостной стене, кивнул вслед пластунам Оська. — Три дня даже не побыли в крепости, а ведь оправиться, отдохнуть успели.

— Ох и не знаю, чуть меньше двух сотен вёрст до Нарвы, да по осенней дороге… — Вотяк сокрушённо покачал головой. — Пластуны-то ещё ладно, где по обочине, где по бревну через гать перебегут, а вот как нам быть? Большие пушки по грязи точно быстро не пройдут, да и онагры с трудом. Видать, потому и сказали, что только лёгкие и срединные орудия со скорпионами прямо в ратных колоннах тащить, а уж все остальные в обозе позади.

— Розмыслы и союзные эсты ещё вчера конным порядком уехали, может, они поправят чуток дорогу? — предположил Оська.

— Ага, конечно, поправишь её, — фыркнул Вотяк. — Там годами нужно выглаживать. Хорошо если на гиблые места связки лозы и брёвна накидают, а так по самой мешанине двинем. Ладно, пошли пыжи увязывать, хватит глазеть. Пошли, пошли, а то Онцифор заругает.

Глава 5. Не посрамим же веры и чести своей!

— Плохо, Сигвард. — Король, выслушав ярла, недовольно покачал головой. — Ты с пятью отборными сотнями, которые я тебе дал, два дня не можешь взять эту недостроенную малую крепость. Где же твоё слово? Где твоё обещание поставить на колени передо мной остатки гарнизона руссов?

— Мой король, в своё оправдание я хочу сказать, что мы все два дня штурмовали её, и ты сам можешь увидеть усеянные телами склоны вала, — сгорбившись, пробормотал предводитель шведского отряда. — Прости, повелитель, но тот, кто принёс сведенья об этой крепости, обманул тебя. За этими стенами вовсе не пять или семь десятков ополченцев, а отряд из опытных воинов, причём он гораздо большим числом, чем было доложено. И кроме самих стен тут стоят ещё и башни, а на них установлены скорпионы и дальнобойные орудия, которые жгут огнём и разят кусками железа. Мой отряд храбро атаковал русскую крепость, но без хорошего осадного припаса у нас не получилось забраться на стены.

— Ты потерял три сотни воинов и целых четыре моих корабля, не взяв малую крепость, Сигвард! — багровея от ярости, прорычал Кнут Хольмгерссон. — Но самое главное — это то, что ты потерял впустую двое суток, двое таких важных для меня суток! И ты показал всему войску, что руссы могут убивать безнаказанно моих людей. С кого и как я должен за такое спросить?! Не с тебя ли и твоей семьи? Я полагаю, что это справедливо, и пусть каждый знает, чем он рискует, не исполнив приказ короля!

— Мой король, дай мне ещё день, и я смою свою вину кровью, — побледнев, прохрипел ярл. — Я пойду в первых рядах со щитом. Я докажу тебе свою верность.

— Эйнар! — поманил одного из стоящих в свите Кнут. — Бери два десятка кораблей и следуй в Неву, там за речным устьем на мысу строится ещё одна крепость руссов. Ярл, твоя задача взять её так, чтобы весть о нашем походе не долетела до большой крепости, которую новгородцы именуют Орешек. И смотри не повтори ошибок Сигварда, чтобы за них не пришлось расплачиваться своей кровью и кровью своих близких.