Гибрид для альфы - Натали Лансон Страница 102

Глава 38. Сладкое затишье

Разбудили меня горячие, лёгкие, как крылья бабочки, поцелуи.

— Никита…

— Я, любимая, – улыбаясь, отозвался Волков, не переставая порхать своими губами по моей коже. – Принёс тебе ужин в постель. Будешь моей полуночной жрицей.

— Не смешно, – заворчала я, пытаясь скрыть улыбку.

Нос уловил запах сочного мяса, и живот немедленно свело судорогой.

Никита тут же отбросил одеяло и поцеловал меня в пупок.

— Моя голодная тигррррица…

Я рассматривала нависшего надо мной гиганта из-под полуопущенных ресниц, и голод мой приобретал новые краски.

Никита был великолепен.

Брендовые шорты, белая футболка на тугих мускулах, лёгкий загар и невероятные голубые глаза! А взгляд! Немигающий, полный нежности и огня. Один этот взгляд способен влюбить в себя каждую. Неважно ведьму, оборотницу или обычную человечку!

Стоило об этом только подумать, как во мне голову подняла ревность.

Никита будто почувствовал это, принимаясь нашёптывать всякие приятности:

— Моя единственная… любимая, – искусные пальцы альфы заставляли плавится моё тело, – истинная…

Ревность заменил дикий восторг и страсть… а потом снова заурчал, громко возмущаясь, мой голодный желудок.

Никита тихо засмеялся, помогая мне выпутаться из простыней.

— Тебе достался плохой истинный. Совсем заморил свою звёздочку голодом.

Я хитро улыбнулась.

— Напрашиваешься на комплименты? Ай-ай-ай, – я покачала головой, с удовольствием наблюдая, как Никита усмехнулся. – Не стоит. Твоё самомнение в дополнительном воспевании не нуждается.

Волков хищно улыбнулся, посадил меня на диван и пододвинул столик с едой к самым ногам.

— Ешь. Я расскажу, что ты пропустила…

Я слушала Никиту с удовольствием. Даже если бы любимый говорил не о нашем сыне, не о ведьмаке с крёстной, которую тот всё-таки уволок, получив своё доказательство истинности, манера изложения Никиты отличалась яркостью и юмором. Я смеялась, получая невероятное наслаждение. В груди плескалось что-то тёплое, нежное и щемяще преданное.

«Любовь!» – поняла я, полностью растворяясь в необычном для себя чувстве. Страх перед альянсом хоть и остался, но он теперь звучал робкими отголосками. Он будто сузился до мини размеров, не представляя больше опасности. Теперь передо мной был истинный, и более нерушимей стены представить было сложно.

Как только с едой было покончено, я отодвинула тарелки и подняла взгляд на Никиту.

Серо-голубые глаза полыхнули неоновым светом.

Волков сдёрнул с тела белую футболку, и моё влюблённое сердце пропустило удар.

— Наелась? Теперь накорми меня… – хриплый шёпот Волкова поднял волоски на руках. – Четыре года я будто в аду горел… Пытался смириться с потерей самого великого сокровища, которое только можно представить для нас, сверхов! Голодал без твоих губ…

Никита подмял меня под себя, протащив по кровати ближе к массивному дорогому изголовью, будто пушинку. Простыня, в которую я была закутана, полетела на пол.

— Без твоего сладкого вишнёвого запаха подыхал… Только ответственность за стаю помогла мне не сдохнуть без моей пугливой тигрицы.

Никита целовал меня, медленно опускаясь. Шея, вершинки груди, живот, бёдра… я еле сдерживала рвущийся из груди стон.

Согнутые в коленях ноги услужливо раздвинулись, как только любимый властно коснулся набухшего клитора.