1812 - Андрей Булычев Страница 103

Колонной по двое в ряд шла русская кавалерия через густой лес. Драгуны прижимали головы к конским гривам, чтобы не расшибить их о ветви деревьев. В руках у всех были ружья. Глаза насторожённо ощупывали заросли в поиске врага. Вот уже несколько минут впереди них, там, куда убежали егеря из пятого полка, слышалась частая россыпь выстрелов.

— Чуток влево, братцы! — По обочине и кустам лесной дороги на звук боя побежало ещё егерское подкрепление.

— Из какого полка, ребята?! — крикнул, принимая в сторону, Копорский.

— Сорок первый, генерала Палицына! — отозвались стрелки. — Велено пятый поддержать! Француз напирает!

Стрельба впереди усилилась, и подполковник Штакельберг дал команду двинуться вперёд. Колонна кавалерии с топотом понеслась по лесной дороге. Впереди мелькнул просвет. Русские егеря к этому времени вытеснили французов на лесную опушку, а кавалерия не дала им там закрепиться. Вылетая с дороги, эскадроны расходились в стороны и сразу, с ходу, атаковали неприятельскую пехоту. Та бросилась в сторону оврага.

— Ура-а! — гремел атакующий клич. — Хык! — с проносом Тимофей ударил саблей по голове бегущего пехотинца. Клинок снова поднят над головой, новая жертва попробовала увернуться. Тщетно! Поручик свесился вбок и достал клинком пехотинца, рассекая спину.

— Вжи-иу! — свистнуло над головой. По ушам ударил истошный вой картечи. Выставленные на противоположной стороне оврага пушки французов ударили дальней картечью, пытаясь отсечь русскую кавалерию от своих солдат, бежавших к оврагу.

— Аппель! Аппель! — трубили сигнал эскадронные и штаб-трубачи.

— Наза-ад! Отходим! — Тимофей, как и все полковые командиры, разворачивал драгун прочь от вражеских пушек, а на опушку леса, пробившись через заросли, выходила русская пехота. Офицеры, покрикивая, строили солдат в длинные шеренги. Егеря, растянувшись в стрелковые цепи, побежали вперёд. Вот с одной из лесных дорог выкатили на руках единорог, а за ним и зарядный передок. Следом покатился второй. Артиллеристы, установив орудия, начали перезарядку. «Бам!» — громыхнул первый выстрел. Из леса одна за другой выкатывались пушки. Колонна драгун оттянулась подальше к лесу. Над головами только изредка гудели шальные пули.

— Осмотреться в подразделениях! — донёсся крик подполковника Штакельберга.

— Блохин, Чанов, Смирнов, доклад! — рявкнул Гончаров.

— Первое отделение, все целы, вашбродь! — Второе, все целы! Третье, Фомина нет! — прозвучали через минуту доклады унтеров.

— Что с ним, кто видел?! — крикнул Гончаров.

— Вашбродь, вроде коня его видал, — откликнулся Усачёв. — Без седока. Разрешите проехать, глянуть?

— Отставить! Не разрешаю! — рявкнул Тимофей. — Ждём команду! Позже поищем!

— Полк, за мной! — скомандовал подполковник.

Драгуны поскакали, смещаясь на левый фланг позиций. В правую сторону сейчас уходили ахтырские гусары.

— Ура-а! — перекрывая гром выстрелов, прокатился по полю атакующий клич. Нижегородский и Орловский пехотные полки, выстроившись в колонны, пошли вперёд. Перейдя через овраг, они перекололи штыками прислугу неприятельской батареи, уничтожили защитников блокгауза и, разметав два французских батальона, повели наступление в сторону Фатово. Маршал Даву был вынужден ввести в бой свой пехотный резерв. Сразу десять батальонов противника ударили по прорвавшимся русским. Теснимые неприятелем, ожесточённо отбиваясь, они начали отходить к оврагу. Белое знамя Орловского полка было вырвано из рук убитого прапорщика. Русский унтер-офицер с тремя солдатами отбили его, но были тут же переколоты французами. Знамя орловцев вновь оказалось у врага. Его вновь отбили, древко было сломано, и полотнище вынесли с поля боя. Жестокий ближний бой перекинулся за овраг, теперь уже на русскую сторону.