Друид. Тайные тропы - Виктор Молотов,Алексей Аржанов Страница 104

Я глубоко вдохнул и медленно выдохнул. Горчаков по-прежнему продолжал кричать, а бедный Степан стоял с поникшими плечами, не в силах найти для него вразумительный ответ.

— Алексей Петрович, – строгим тоном обратился я, – вам не кажется, что сперва необходимо разобраться в ситуации?

Он медленно повернулся ко мне. И едва ли не прожёг взглядом.

— В какой ситуации, Всеволод Сергеевич?! – прорычал он, а затем громче продолжил. – Думаю, что тут и так всё очевидно! Ваш новый распорядитель самым наглым образом соблазнил мою жену! А мы доверяли ВАШЕМУ заведению!

— Во-первых, попрошу вас не повышать на меня голос, – в отличие от Горчакова, я говорил спокойно. – А во-вторых, закрытая дверь ничего не значит.

По-крайней мере мне хотелось на это надеяться. Всё-таки должны быть мозги у Сухомлина, не первый год работает. Ну не станет адекватный человек, у которого огромные планы на это поместье и санаторий, дискредитировать себя подобным образом.

— Не защищайте своего человека, Дубровский! Вы же не хотите, чтобы я всему Петербургу рассказал, какой балаган у вас тут творится! – щеки Горчакова покраснели от злости. Он явно сдерживался, чтобы что-то не ударить.

— Алексей Петрович, – чуть строже обратился я. С человеком такого положения, как Горчаков, следовало действовать очень аккуратно. Да и в подобном эмоциональном накале он легко может наделать глупостей. – Прежде чем вы наговорите лишнего, давайте пройдём к номеру вместе. И разберёмся в ситуации окончательно.

— Я уже разобрался! – он ткнул пальцем куда-то в сторону стены. Наверное, думал, что там находится санаторий, но он был совершенно в другой стороне. – Там всё совершенно очевидно!

— Бывает очевидно только в театре, Алексей Петрович. В жизни за закрытой дверью может оказаться что угодно. Даже не то, о чём вы подумали в первую очередь. У меня есть запасные ключи, вы можете убедиться в этом прямо сейчас.

Горчаков раздувал ноздри как бык, которого дразнят красной тряпкой. Но что-то в моём тоне его остановило. И он одобрительно кивнул, принимая моё предложение.

— Идёмте, – сказал я и двинулся к выходу из поместья.

По пути я забрал связку запасных ключей. Когда мы с Архипом ремонтировали номера для пациентов, я настоял на том, чтобы все замки были разными, но с универсальным мастер-ключом у хозяина.

Двери-то я по большей части возводил при помощи самого леса, и они получались красивые, ветвистые. А вот замки я поставил обычные, заказал в Волгине. Тогда мне казалось это простой предусмотрительностью. Сейчас я порадовался своему решению.

Горчаков шёл рядом, чуть позади. Молчал. И вроде даже чуть успокоился. Его военная выправка не позволяла ему бежать впереди барона, хотя я видел, как ему хочется рвануть вперёд и снести эту чёртову дверь с петель.

Мы дошли до санатория, а потом и до номера Горчаковых. Первый этаж, третья дверь по правой стороне.

Номер был из лучших: три комнаты – приёмная, спальня и кабинет, окна выходят на сад, над которым трудилась Ярина.

Я поднял руку и постучал. Громко.

Ничего.

Тогда постучал ещё раз. Хм, тот же результат.

Из-за двери донёсся женский смех. И ещё приглушённая музыка. Инструмента я не узнавал, но это точно было что-то инструментальное.

Я постучал снова. Громче.

Музыка и смех не прекратились. Находящиеся внутри нас не слышали.