Психотерапия для мертвеца - Александра Власова Страница 104

Ожидаемого презрения тоже не было.

Клиенты, соседи и даже коллеги (для прикрытия сестра работала на полставки в больнице) – все сочувствовали «бедняжке» и всячески старались помочь.

К противнице переметнулась большая часть заказчиков – никто не хотел связываться с «беспринципной колдуньей», которая увела мужа у беременной.

Над нашей дверью в подъезде начали появляться нецензурные надписи. Славку затаскали по товарищеским судам и партийным собраниям, где стыдили и взывали к его совести все, кто имел потребность поосуждать.

Оставить беременную жену ради любовницы – позор для советского гражданина! Какой пример он подаст будущему ребенку?

Святославу Анатольевичу следует поработать над моральным обликом – иначе этим займутся товарищи. Нельзя допустить, чтобы токарь, недостойный звания комсомольца, получил новый разряд.

Бедный Славка!

Любимый возвращался домой мрачнее тучи и впервые в жизни стал прикладываться к бутылке. Мой мирок, с таким трудом отвоеванный у сестры, начал гнить изнутри.

Казалось, ничто не сможет остановить его медленное, но неумолимое разложение. Однако я вовремя поняла, чего нам не хватает! В картине семейного счастья отсутствовал маленький, но очень важный фрагмент.

Ребенок – вот кто мог спасти ситуацию!

Признаюсь, я никогда не видела себя матерью, но, поразмыслив, поняла: стоит появиться малышу, отношение к нам постепенно смягчится.

Одно дело – наглая девица, которая увела мужа из семьи, и совсем другое – пасторальная картинка, где два любящих родителя везут коляску, в которой сладко посапывает розовощекий младенец.

Сердце уже забилось новыми мечтами. Теперь я готова была отдать многое, чтобы ребенок сестры рос не в ее – в моем животе.

Славка грустно согласился с тем, что нашей семье необходимо пополнение. Правда, после полугода жизни под чарами он не возражал бы против чего угодно. Порой казалось: прикажи я спрыгнуть с крыши – любимый без малейших сомнений выполнил бы и эту просьбу.

А дальше начался наш личный ад. То, что было волшебным нектаром, таинством, происходящим между двумя людьми, стало обязательством и рутиной.

Если у Славы страсть угаснуть не могла хотя бы потому, что она подпитывалась искусственно, у меня при виде его тяжелого масляного взгляда все цепенело внутри.

Раньше я предвкушала наступление ночи, теперь же с трудом дожидалась, пока привороженный удовлетворит свою похоть и можно будет пойти в душ.

Дальше – хуже.

Первый выкидыш – а дочка сестры учится ходить.

Второй – довольная соперница ведет под ручку улыбающуюся племяшку в садик.

Третий, четвертый… Дочь сестры жила, и пусть маленькое тельце племянницы было подвержено болезням, у девочки была возможность дышать, гулять по травке и нюхать цветы! Мои нерожденные дети умирали один за другим.

Вначале я даже подумать не могла, что проблемы могут быть следствием ворожбы. Лишь после того, как врачи не смогли найти ни одной физиологической причины, – я и Слава были полностью здоровы – я решила обратиться к коллегам: знахаркам, шаманам и колдунам.

Представители разных магических традиций сходились в одном: на мне негатив, который ничто не сможет снять.

Кто-то говорил, что из-за вражды с сестрой я лишилась поддержки рода и он не дает достаточно энергии, чтобы выносить дитя, кто-то – что вся женская сила уходит на то, чтобы удержать рядом чужого мужчину.