Любовь среди туманов - Кира Крааш Страница 105

— Однозначно, – подтвердила я, берясь за приборы.

— Темная целительница, – с уважением резюмировал некромант.

* * *

После ужина я пошла в лазарет причинять добро темным магам. Внезапно вместе со мной отправилась вся компашка Валентайна. Причем отправилась молча, как само собой разумеющееся. Я даже, грешным делом, подумала, что они решили меня проводить, но ошиблась – ребята пришли навестить хозяина незанятого стула.

Им оказался шкафообразный парень, темный паладин, чьей тенью я восхитилась в прошлый раз. Он с превеликим трудом, помогая себе руками, присел на кровати, едва мы забились в его секцию.

— Аларик! – взвизгнули близняшки и повисли на парне.

Тот едва заметно посерел, а я почувствовала просто неконтролируемый приступ бешенства. В прикрепленных к кровати листах значилось падение с большой высоты. Значит, у парня в лучшем случае поломаны кости. В худшем… Сколько он уже тут, неделю? Их что, вместе с Анной так помяло?

— Так, – произнесла я, вешая историю болезни на место.

Одновременно раздался дробный стук каблуков, разделяющие шторы покачнулись, и в крошечное пространство, и так забитое людьми, влетела лекарша.

— Так! – рявкнула она. – Вы совсем сдурели – на нем висеть?! Ну-ка, выметайтесь отсюда!

— Ну госпожа Скальон! – заголосила дурная компашка.

— Вон!!! – рявкнула лекарша, и я была с ней совершенно солидарна.

Едва за бестолковыми студентами закрылась дверь, мы остались вдвоем. Тихо постанывающий темный паладин не считается.

— Герой, – в сердцах бросила Скальон.

— Еще какой! – криво усмехнулся парень.

Я вздохнула и начала закатывать рукава.

— Почему мои осмотры оставили на вечер? Если тяжелых нужно смотреть с утра.

— Потому что тебе надо учиться, а мне иногда спать. Все тяжелые поступают ночью, а второго лекаря сюда найти не так-то просто, – закалывая волосы, ответила лекарша.

Я ожидала, что сейчас придется с ней биться за каждого пациента, предвкушая бурчание на тему «явилась вся такая светлая», но, кажется, Скальон была либо крайне разумна, либо крайне устала. Скорее второе, чем первое.

— Что тут? – спросила я, рассматривая серое лицо темного паладина.

— Рухнул на мост с высоты… ну, примерно с высоты стены, – охотно пояснил парень, широко мне улыбнувшись.

— Как так получилось? – удивилась я.

— Это интересная история, красотулька, присядь, я с удовольствием ее тебе расскажу. – Он похлопал по кровати, на которой места присаживаться решительно не было.

— Хватит паясничать, Аларик, – одернула его Скальон. – Историю читала?

— Начала.

— У него перебит позвоночник, сломаны ребра и наверняка внутреннее кровотечение.

— Чем лечили?

— Да чем тут полечишь, – помрачнела лекарша. – Ниже пояса не чувствует.

— Как же вы его тягаете? – ахнула я, представляя, как ворочать такую тушу, чтобы поменять судно.

— Да подружки его тягают, они ж магички. Левитацией туда-сюда.

От обсуждения этих малоприятных вещей с темного паладина спала вся напускная бодрость, и парень, прикрыв глаза и откинувшись на подушки, тихо попросил:

— Пообещай мне одно, светлая.

— Мм?

— Если помочь нельзя, ты скажешь мне об этом прямо и честно.

— Легко, – согласилась я. – А теперь помолчи.

Я сдернула с парня одеяло, и темный паладин возмущенно засопел.

— Что?

— Ну ты же девица небось.

— И что? – не поняла я, пытаясь стащить еще и тряпицу, скромно прикрывающую то самое ценное для любого мужчины место.