Синь-камень: лекарство от одиночества - Татьяна Снежко Страница 109

— А я вас помню, Алиссандр. Вы забрали картину моей дочери, – сощурившись, помахала указательным пальцем мама. Да уж! Мою маму никакими рюмками не лишить здравого рассудка.

— Вы правы, как всегда, матушка, – улыбнулся Алиссандр.

Ну, каков льстец! Довольная мама улыбнулась ему в ответ.

— Не мог пройти мимо. Будто себя увидел на той картине, – продолжил волхв. И тут я немного напряглась и тихонько ущипнула его за бок. Не надо им ничего о нас рассказывать. Не пугай их, лисоволк.

— А теперь проведем обряд… – снова встрял в наш разговор дед Кузьма. Нос у него покраснел, и даже уши уже горели.

— Никаких больше обрядов, кроме главного, – твердо сказала мама. Я еле сдержала улыбку: мамуля – директор по жизни. Все поняли это так: «А ну, быстренько окольцевали мою дочь». Это было мило и очень забавно.

— Да, матушка, безусловно. Но перед венчанием сначала съедим вот этого запеченного гуся с яблоками. – Алиссандр усадил маму обратно за стол и положил ей в тарелку кусочек мяса.

— Лисса, а что за венчание? – удивилась бабушка: в роду у нас все атеисты. Я пожала плечами. Что сказать, меня саму перед фактом только что поставили.

— Бабуля, венчание – это просто, – сказала рядом стоявшая красивая белокурая девочка. – Смотри.

Она шустро сняла с себя венок из ромашек и надела на голову сидящего спиной к нам рыжего мальчика. Тот деловито поправил венок – странно, что не сбросил сразу. Этих мальчишек никогда не поймешь.

— Вот и все. Мы повенчались, – заявила девочка и протянула рыжему большую печеную шишку.

Мальчик надкусил ее и отломил кусочек черному, как уголек, щенку.

— Держи, Вантаблэк!

— О, ты? – удивилась я. Тот мальчик со страхом – огненным чудищем! Он все-таки справился, победил свой страх, и лес его выпустил. На груди мальчика висел Алатырь – как доказательство того, что боги выдали ему пропуск в наш мир.

— Василиса, посмотри, какого классного собакена подарил мне дед! – Рыжий был счастлив до небес. Улыбка растянулась до ушей, он аж подпрыгивал от радости, как и его питомец.

— Познакомься. Это Вантаблэк, – и, заметив на моем лице недоумение, пояснил: – Ты не химик, тебе не понять. Вантаблэк – самое темное вещество в мире, которое поглощает любой свет.

Я понимающе кивнула и ласково потрепала за ушами щенка. Вполне себе реальный песик. Жаль, что мой Черныш развеялся в темном лесу вместе с последними моими страхами. На душе стало немного тоскливо.

К нам подошел пожилой мужчина, тот самый, что играл в шахматы со Смертью. Он уже не выглядел умирающим стариком – бодрый такой мужичок.

— Поздравляю, Алиссандр! Я искал вас, а нашел маленькую рыжую копию Менделеева и этого заблудившегося щенка. Послушайте, не могу понять, как это работает, – и он потянул за шнурок на шее, достав из-под рубашки Алатырь. – Сосна и амулет, что это за антинаучная аномалия?!

— Будет достаточно, если я скажу, что сосна – ось мира, путеводная нить и судьба, – улыбнулся волхв.

Но закостенелому ученому такого ответа оказалось мало, и он засыпал волхва вопросами. Стало быть, мой ненаглядный и этому любопытному дедуле потом сотрет память.

Дениска закинул в кусты венок, и его тут же обратно притащил Вантаблэк. Щенок смешно тявкал «дя! дя!», словно просился поиграть еще и еще.

Как же здорово распорядилась сосна: судьба подарила этим двоим настоящую семью.