Ненужная леди Асгарда - Виолетта Весна Страница 11

— Очень щедро.

— У нас город богатый. Марта вспыхнула:

— Ты ничего не понимаешь.

— Понимаю больше, чем нужно служанке, — отрезала Тэсса.

— Особенно когда леди приезжает в башню, а половина слуг уже спорит, сколько дней она продержится. Варвара посмотрела на нее.

— Спорит?

— На кухне любят развлечения.

— И сколько мне дали? Тэсса на секунду смешалась, но потом ответила:

— Большинство — два дня. Повариха сказала, что вы заболеете к утру. Конюший поставил на то, что сбежите до проверки. Старшая горничная считает, что лорд Морвен заберет вас раньше.

— А ты?

— А я не ставила.

— Почему? Тэсса пожала плечом.

— Слишком мало вас знала.

— А теперь? Девушка посмотрела прямо, без раболепия.

— Теперь поставила бы на неприятности. Варвара устало улыбнулась.

— Это почти вера.

— Вера дороже. Неприятности бесплатные. В дверь постучали. Тэсса открыла. Двое слуг внесли горячую воду, поднос с ужином, чистое белье и свернутый меховой плед. Один из них, мальчишка с веснушками, украдкой посмотрел на Варвару и тут же отвел глаза. Второй не скрывал любопытства.

— Это правда? — вдруг спросил он.

— Что камень Совета под вами зажегся? Тэсса пнула его по щиколотке.

— Рот закрой, Пим. Мальчишка ойкнул. Варвара взяла чашку с горячим отваром.

— Правда. Оба слуги замерли.

— И что вы видели? — прошептал веснушчатый.

— Камень. Тэсса фыркнула.

— Все, представление окончено. Вон. Слуги ушли, но Варвара услышала, как за дверью они тут же побежали, шепча друг другу. К вечеру весь дом будет знать не только о камне, но и о том, что леди Вальд пьет отвар правой рукой и смотрит на людей как на подозрительные письма. Отвар оказался горьким, зато горячим. После нескольких глотков Варвару начало знобить. Тело требовало сна, но разум отказывался проваливаться в темноту. Слишком многое могло случиться, пока она спит.

— Плащ, — сказала она. Марта вздрогнула.

— Вам нужно поесть.

— Потом. Плащ. Тэсса уже достала его из дорожной сумки и разложила на кровати. Плащ был темно-синий, тяжелый, дорожный, с подкладкой из выцветшего меха. На первый взгляд — добротная, но старая вещь, перешитая не один раз. У ворот его проверили, однако стража искала ножи, яды и печати, а не то, что умели прятать женщины в бедных родах. Варвара села на край кровати и провела пальцами по швам. Рабочее спокойствие вернулось сразу. Ткань. Нить. Потертость. Поздняя вставка. Неровный стежок у внутреннего края. Пальцы сами находили чужую работу. Здесь шили быстро, но аккуратно. Не портной. Кто-то, кто боялся быть замеченным.

— Ножницы есть? Тэсса достала маленький нож.

— Ножницы для леди, нож для жизни.

— Подойдет. Марта испуганно поднялась.

— Миледи, это ваш дорожный плащ. Если испортите — Он уже испорчен. Просто не снаружи. Варвара осторожно распорола участок подкладки у правого борта. Тэсса наклонилась ближе, забыв изображать равнодушие. Внутри шва что-то тонко звякнуло. Варвара достала узкую пластину размером с два пальца. Не бумага. Не металл. Скорее кость или плотный перламутр, серовато-белый, с выгравированными линиями. На поверхности темнели буквы — те самые, похожие на крючки и трещины, которые она видела в рукописи перед попаданием. Марта прижала руку ко рту.

— Святые печати. Тэсса прошептала:

— Это договорная кость.