Игла из серебра - Яна Лехчина Страница 110

Он отдышался. Вытер взмокший лоб – наверное, нелегко таскать на себе взрослых парней и прятать их в деревья, но Ольжана не испытала ни толики сочувствия.

— Держите. – Лале вытащил из-за пояса зачарованное перо, которое послали Юргену из Тержвице. – Вот вы отказались смотреть, а зря. Любопытная вещица.

Пришлось подойти к нему, коснуться пера кончиками пальцев…

В послании не оказалось ничего, что сама Ольжана нашла бы любопытным. В мыслях возник образ Тержвицкого собора и Утопленичьего озера, спокойного и тихого, – ни лодочки в поле зрения. Голос, похожий на голос Вельмиры, одной из учениц Кажимеры, равнодушно сообщил, что все чародеи Звенящего двора и Двора Лиц покинули эти места, чтобы помочь дружинникам господаря Нельги поймать чудовище. Дальше образ изменился – нарисовался поросший травой холм посреди ничего. Вельмира ещё немного рассказала о ловле и сообщила то, что Ольжана и так знала благодаря Юргену: как им вдвоём следует явиться на этот холм.

Ольжана дослушала. Отступила на шаг.

— Ну и что? – буркнула. – Ничего особенного.

Лале мягко улыбнулся – и Ольжана решила, что он забылся, раз опять посмотрел на неё как на ученицу, неспособную ответить на очевидный вопрос.

— Озеро совсем пустое, Ольжана, – объяснил он. – Это показали, и об этом сказала озвучивающая послание госпожа. Лодок нет, как и шатров Двора Лиц. Дома снова выглядят покинутыми. Неудивительно: Грацек и его ученики, по всей видимости, удалились после гибели Баргата, да и остальных чародеев явно отпустили. Кто же там остался?

— Йовар и мои однокашники.

— Забавно, не находите?

— Что нахожу? – Ольжана скрестила руки на груди. – Ну конечно, все уехали. Кто по домам, кто на похороны Баргата, кто ловить чудовище. Тварь-то бешеная, нужно много людей, чтобы с ней совладать…

— Может. – Лале стал раскручивать закатанные рукава. – А может, кто-то из Драга Ложи понял: если негодяй хочет мстить, то ему не найти времени удобнее. – Он наклонился к ней. – И может, это такое событие, которому они теперь не хотят мешать.

Ольжана опешила.

— Что за ерунда!

Лале пожал плечами.

— Ерунда или нет, разберёмся позже. – Он снова осмотрелся. – Ольжана… – Голос резко стал серьёзным. – Вы ведь понимаете, что никто не должен знать о Юргене?

Ольжана едва удержалась, чтобы не вздрогнуть.

Подождала.

Лале раскрыл ладони.

— Просто расширим вашу клятву. Поклянитесь, что никому не сообщите и о том, что только что произошло. Про Юргена, дерево, реку, моё колдовство…

Только она открыла рот, чтобы ответить, как Лале добавил:

— Пожалуйста. Без обид и криков. – Скривился. – Не хочу заставлять вас силой, как в прошлый раз.

Ольжана сделала глубокий вдох.

Не ворчала. Не закатывала глаза. Не выражала неудовольствие. Только сухо уронила:

— Клянусь. – (И она действительно больше никому скажет. Какой смысл? Она ведь уже это сделала.)

По кайме губ пробежало тепло.

— Хорошо. – Лале кивнул. Задержался на ней взглядом. – Спасибо.

Казалось, он испытал облегчение. Но Ольжана так боялась, что он заподозрит неладное – мол, надо же, какая сговорчивая сегодня!.. – что скорчила самое недовольное лицо из возможных. Выплюнула:

— Пожалуйста.

И это прозвучало как «подавитесь». Нет-нет, Лале совсем не нужно знать, как она счастлива сейчас, потому что наконец-то оказалась на шаг впереди!..