Три «танкиста»: Три «танкиста». На острие удара. Солдаты Третьей мировой - Михаил Михеев Страница 110

— Что именно?

— А ты сама подумай. Сурок – школьник. Пацан. И уже лейтенант, пускай и младший. Он сидит за партой, а дома у него орден лежит. Забавный правовой казус, а?

— Как бы не мы его создали…

— Да я бы не сказал. Возвращаю совет – ты сама подумай, таких ведь после той войны была куча, школу не закончивших, но воевавших. Я про одного читал – так мальчишка в четырнадцать лет, насколько я помню, на боевые вылеты отправлялся. И хорошо воевал![34]

— Сейчас не война, – мотнула головой, красиво развернув на ветру гриву порядком отросших за последнее время волос, Леночка.

— А вот тут ты ошибаешься. Самая что ни на есть война, необъявленная, подлая… Пашка делает то, что должен. Он – настоящий мужик, куда больший, чем большинство качков из спортзала.

— Ты тоже, – улыбнулась Леночка. – Все, пошли, у нас час до тренировки.

Но не успели они пройти и десятка метров, как позади них раздался знакомый голос:

— Дамы-господа, а не соблаговолите вы остановиться, обернуться и чуть-чуть пообщаться с усталым путником?

Шариков – а это был именно он – уверенно догонял их. Подошел, улыбнулся, крепко, как в тисках, сжал руку Полякову, нарвался на не менее крепкий хват и охнул от неожиданности. Затем галантно поцеловал Леночке кончики пальцев и бодро поинтересовался:

— Торопитесь?

— Скоро тренировка.

— Это замечательно! У меня свежая информация по новому театру Игры.

— Спасибо, – в голове Полякова мгновенно щелкнуло, что уж теперь-то, когда стали известны истинные мотивы Игры, всю необходимую информацию они будут получать из первых рук и бесплатно. А если Шариков все еще не в курсе, прикрытием чего служит их Команда, то уровень его компетенции и, соответственно, полезности ныне стремится к нулю. – Спасибо тебе большое, но – не нуждаемся.

— Вот как? – удивленно приподнял брови Шариков. – И с чем же связана такая немилость?

— Да все просто, – вмешалась Леночка, подыгрывая Сергею. – Неспортивно это. Как допинг, только хуже. Ты извини, мы пойдем.

С этими словами она подхватила Сергея под руку и потащила прочь. Тот и не сопротивлялся, понимая, что девушка позволила им обоим выйти из неприятной ситуации без потерь. И совершенно не слышал, как Шариков, глядя им вслед, зло, будто плевок, выдал:

— Ну-ну. Посмотрим…

Они пришли минут на пятнадцать раньше, однако Сурок уже сидел у своего компьютера, лениво просматривая какие-то картинки. Он вообще стал приходить заметно раньше остальных, в последнее время у него оставалась только служба. Ну, и школа. Осенью. Теоретически. По факту же никто не собирался заставлять его сдавать экзамены, получит все автоматически. Это знали все, кроме, пожалуй, самого Сурка. А вот нечего баловать, иначе вообще на учебу забьет.

— Привет, ребята! – улыбнулся Пашка.

— И тебе того же, и тебя туда же, тем же самым, по тому же самому, очень-очень много раз и очень-очень больно.

Сурок пару раз хлопнул глазами, переваривая услышанное. Затем, совладав с длиною перла, он кивнул и ответил в тон:

— Понял, не дурак. Был бы дурак – не понял бы.

— Ну, вот и ладушки…

— Вижу, собрались, и настроение подходящее? – вмешался в их разговор Кузнецов, стремительно, как ураган, врываясь в помещение.

— Настроение злое, – мрачно отозвался Сурок.

— Самое то, – одобрительно заметил генерал.