Гимлеон. Интоксикация - Реа Мар Страница 113

— Да ладно тебе. Устроила грязное шоу на столе, а теперь строишь из себя святошу? Поздновато, детка…

Дёргаю руку, пытаюсь вырваться, но этот придурок только сильнее притягивает меня к себе.

— Дрейк, — раздаётся сзади хлёсткий голос Тома.

Боец замирает. Мы медленно оборачиваемся. Том стоит всего в паре шагов, небрежно засунув руки в карманы брюк, и буквально буравит Дрейка взглядом.

— Мы просто общаемся, Том, — фыркает парень, хотя хватку на моём запястье ослабляет. — Расслабься.

— Убери руку, — цедит Том, делая шаг вперёд. — Пока она у тебя ещё функционирует.

Дрейк переводит взгляд с Тома на меня и мерзко скалится:

— Да эта рыжая сучка сама предложила мне…

Договорить он не успевает — Том резко срывается с места, и я слышу хруст. Глухой, сочный, костяной. Дрейк отлетает назад, с грохотом сшибая стулья и хватаясь за лицо. Кровь мгновенно течёт по его пальцам.

— Я дал тебе шанс. И ты его просрал, — рычит над ним Том.

Матерясь и сплёвывая кровь, Дрейк пытается подняться, зажимая сломанный нос.

Музыка продолжает играть как ни в чём не бывало, но вокруг меня образуется странный вакуум.

Потираю кожу на запястье, заставляя себя дышать ровнее.

— Ты в порядке? — спрашивает меня Том.

Я поднимаю глаза. В его карих зрачках пляшет едва сдерживаемая ярость. Он опускает взгляд на мою руку, где на коже уже проступают следы пальцев Дрейка. Челюсть Тома сжимается так, что ходят желваки.

— Он сделал тебе больно?

— Ты всегда начинаешь разговор с допроса? — раздражённо огрызаюсь, пытаясь скрыть, как сильно дрожат пальцы.

— Я задал вопрос, Астрид, — отчеканивает Том, и в его голосе звучит привычный металл военного офицера.

— Нет. Не успел, — упрямо скрещиваю руки на груди и киваю в сторону, где двое сослуживцев уже подхватывают скулящего Дрейка под руки и торопливо уводят его прочь. — Впечатляющая скорость воспитательного процесса.

— Некоторые понимают только один язык.

— И ты, конечно, владеешь им в совершенстве.

Уголок рта Тома едва заметно дёргается вверх:

— При необходимости.

Заставляю себя не разглядывать его слишком откровенно. Красив в этой своей брутальной уверенности.

— Ты часто так развлекаешься? — вдруг спрашивает он. — Танцуешь на барных стойках перед кучей пускающих слюни солдат.

Видимо, алкоголь и пережитый испуг смешиваются во мне в гремучую смесь. Быстро отворачиваюсь к стойке, чтобы наконец осушить бокал и перевести дух, и, не подумав, бросаю:

— А что? Ревнуешь, капитан?

До стакана я не дотягиваюсь — Том резко разворачивает меня за плечо и вжимает спиной в барную стойку. Нависает надо мной так близко, что я чувствую жар его тела.

— Если ты решила подразнить меня, устроив это представление перед половиной базы… что ж, поздравляю, Астрид. У тебя получилось.

Том наклоняется ещё ближе, взглядом задерживаясь на моих губах. Большой палец с нажимом проходит по моему оголённому животу.

— Но на моей территории девушки двигают бёдрами совсем по другим причинам. И без свидетелей.

Сердце колотится в груди как сумасшедшее, и я не уверена, от чего больше — от выпитого алкоголя или от этой опасной химии между нами. Всё же заставляю губы изогнуться в дерзкой улыбке.

— И как же именно, капитан? — тихо выдыхаю. — На твоей хвалёной территории всё строго по уставу и расписанию?