Медвежье сердце - Елена Михалёва Страница 115

Да, кто-то более опытный должен был защищать Идарис.

И кто-то из них двоих должен был атаковать, встретить врага.

Тот, чью молодую кровь не сдерживало ничего, кроме собственных убеждений.

Глухое медвежье рычание вырвалось рокотом, из-за которого стоявший рядом с Ивросом Эврен напрягся и поудобнее перехватил свой посох.

Норлан плохо представлял, что именно делать. Ему в какой-то момент даже показалось, что он вообще не отдает себе отчета в происходящем. Импери обратился в инстинкты, древние, требовавшие защищать свое. Это, пожалуй, и было главной целью существования лорда-протектора – защита любой ценой.

Сердце стучало гулко. Кровь в висках отдавалась острой болью. Терпеть больше не было сил. Пожалуй, именно об этом моменте и говорил Император, когда упоминал подходящее время для сотворения охранных чар. И для принятия решения.

Критическая точка.

Норлан бросил короткий взгляд в сторону. Туда, где спиной к нему стоял Авериус Гарана, озвучивая очередные приказания подоспевшему клеврету с западных участков стены. На него мастер над проклятиями не смотрел, и хорошо.

С едва слышным щелчком расстегнулась фибула, и тяжелый темно-синий плащ с меховым воротником сполз с плеч и упал к ногам Норлана.

Иврос развел руки в стороны, позволяя золотой силе окутать его.

— Поднять щиты! – громко скомандовал он.

И спрыгнул вниз с крепостной стены.

Десятки разноцветных пятен, будто мыльные круги на воде, начали расползаться в воздухе. Четко и слаженно, стремясь как можно скорее встретиться с опускающимся сверху золотым куполом.

С отчаянием и гневом закричала женщина, но поделать уже ничего не могла, даже если бы очень захотела. Раскрывшиеся магические щиты перекрыли доступ как в город, так и из него.

Кажется, это была Керика.

Огромный черный медведь пружинисто приземлился в снег на все четыре лапы. Отряхнулся, сбрасывая с густой шерсти золотые всполохи, и побежал через поле прочь от Идариса, не оглядываясь. Навстречу той силе, что сводила его с ума.

Глава 18. Нечистый легион

Наст хрустел под массивными лапами, но эти звуки тонули в шипении и вое, с которым армия проклятых замерла на подступах к городу. Раскрывшиеся магические щиты, которые поддерживала сила Императора, озарили ночь мягким свечением. Этот свет заставил Чистую тьму замереть в ожидании приказа, а еще вызвал бурное негодование тех, кого скрывал мрак. Впрочем, теперь он уже не казался медведю таким уж и непроглядным.

Чем ближе он подступал к живой черноте, тем отчетливее различал очертания тех, кого привел чернокнижник. Четкого построения в армии жутких тварей не было, они скорее кучковались вокруг своих руководителей.

Живые мертвецы были знакомы ему как по запаху, так и по внешнему виду. Некоторые из них лишились плоти совсем, другие – лишь частично. Но хоть все восставшие покойники и нагоняли жути, внешне они оставались самыми безобидными. Ожившие останки покорно шли впереди своих некромантов, бледных и мрачных, но все еще напоминавших людей.

Норлан также заметил красноглазых носфератов в окружении вурдалаков и упырей – зубастая когорта выглядела одной из самых многочисленных. Они уступали лишь месмеристам, которых окружали покорные марионетки, все красноглазые и лишенные собственного разума. Их светящиеся, как раскаленные угли, глаза мелькали во тьме. Они жаждали крови.