Вера стада - Джеймс С. А. Кори Страница 116

Но в этот раз внезапность не сыграла на руку карриксам.

Погрузив кормящие руки в поток информации, который привязывал корабли дактиля к его воле, покоритель-библиотекарь сообщил покорителям, что́ требуется для успеха их миссии. Смысл был ясен, и на четырех кораблях ожили силовые излучатели, развернувшие посреди пустоты свои хрустальные лепестки. Испускаемые ими лучи переливались множеством цветов спектра.

Для животных этой планеты – высокоразвитых, важных для бессмертного врага – силовое оружие будет чем-то вроде шагов во тьме. Услышав, они присмотрятся, присмотревшись, увидят, а увидев, возопят в предсмертном ужасе, взывая о помощи к своим протекторам.

Это вопль и был нужен карриксам.

* * *

— Отвратительное ощущение, – сказала Дерван. – А тебе как?

Рикар не отрывался от экрана Ваудаи, пытаясь сменить изображение. Он много дней наблюдал за манипуляциями огромного слизня, но так и не разобрался в управлении. Настоящая головоломка.

— Не знаю, что ты чувствуешь.

— Все происходит само собой, а тебя просто несет по течению. Тебя, меня, твоих друзей, моих. Хоть бы знать, что это за война. Я умираю с каждым выдохом в этих чертовых норах.

Рикар провел пальцем под экраном, и изображение дрогнуло. Оглянувшись на Дерван, он уловил боковым зрением точки, невидимые при прямом взгляде. Приняв его ухмылку за осуждение, она насупилась.

— Просто я кое-что смекнул. – Он снова повернулся к экрану. Теперь, зная, куда смотреть… – Я тебя понял, только, по-моему, так бывает всегда. Мой дед сражался в Мариангуле против Итцибанской общины. Служил стрелком в группе захвата, они все время были в пути. Однажды они приручили мышку. Нашли ее в живом уголке эвакуированной школы. В клетке она умерла бы с голоду, вот они ее и забрали. И какое-то время баловали. Мы теперь вроде той мышки – любимчики стрелковой команды. Куда они, туда и мы.

И правда, точки. Если знать, можно их различить. Выбрав и передвинув одну из них, он развернул изображение на экране.

— Девчонкой я нашла в школьном транспорте муравья, – сказала Дерван. Обычно на каждую историю Рикара она отвечала своей собственной, будто не желала уступить в состязании. – Не знаю, как он туда попал, но по окну полз большой черный муравей. Я испугалась, что он меня укусит, открыла окно и выдула его наружу. Знаешь, теперь я представляю, что́ он тогда чувствовал. Маленький муравьишка ползет по своим муравьиным делам, и вдруг мир вокруг него опрокидывается. Нет ни муравейника, ни твоих дружков, ни царицы – ты оказался в совершенно другом мире, о котором и знать не знал. И какая-то девчонка сдувает тебя за окно. Интересно, что сталось с тем малышом.

— Э-э, он погиб, – отозвался Рикар. – Наверняка.

Экран всхлипнул, картинка поменялась. На месте схематичного рисунка системы появилось изображение зелено-голубой планеты в кружеве белых облаков. Область в форме полумесяца была освещена солнцем, три четверти поверхности оставались темными. Нет, не так. Очертания незнакомых материков на ночной стороне сверкали золотыми и белыми кляксами света, соединялись линиями – словно нервные узлы тянулись друг к другу в темноте.

— Это?.. – начала Дерван.

— Похоже на городские огни. По-моему, это города.

— Господи, красиво-то как, – проговорила она. – Как думаешь, мы тоже были такими? Наш Анджиин тоже светился вот так?