Новая фантастика 2026. Антология №10 - Сергей Лукьяненко,Екатерина Пронина,Дарина Стрельченко,Мара Гааг,Мария Соловьева,Мирон Высота,Юрий Ляшов,Борис Крамар,Ася Виленица,Дмитрий Швецов,Ника Созонова,Евгений Паули,Антон Ищенко,Олег Ткаченко,Роман Борисевич Страница 119

Именно из-за нее и произошел конфликт. Поначалу, встречая в бассейне уродцев, Глеб просто разворачивался и уходил. Но на четвертый раз, после особо неудачных попыток совладать с непослушным мозгом, когда он заглотил пару таблеток, чтобы унять кузнечные меха в голове, нервная система не выдержала и его затянуло в водоворот ярости.

— Ты! Ты! Ты… – захлебываясь словами, не находя подходящих эпитетов, он наступал на Леру, а она отодвигалась, колыхаясь всеми своими слоями. – Мерзкая страшная жаба! Что ты все время пытаешься отмыть? Ты же пачкаешь своим жиром все вокруг. Неужели не понятно, что мне противно плавать рядом с тобой? Просто противно даже смотреть на тебя. Любому нормальному человеку захочется блевать, увидев тебя. Увидев всех вас!

Он наступал, а девочка молча отходила, и, распаленный отсутствием сопротивления, он кричал все громче, в углах губ пузырилась слюна. Все закончилось в момент, когда он, ничего уже не соображая, замахнулся на Леру. Неумелый, но сильный удар в лицо, заставил его пошатнуться, отступить и, поскользнувшись на кафельном полу, опрокинуться в голубую хлорированную воду. Где-то за ее плотной глубиной Женя растерянно потирал костяшки пальцев.

Было позорно и обидно, что вытаскивали его из бассейна они, и вели потом, шатающегося, до медкабинета, и даже совали бумажные салфетки, чтобы он прижимал их к разбитому носу.

Потом они с Женей сидели у директора. И тот тоже смотрел без злости и раздражения, а как будто удивленно и печально.

— Как так? Почему? Что произошло? – обращался директор только к Жене, съежившегося на стуле Глеба он игнорировал.

Юноша уже приготовился обороняться, объяснять, сыпать обвинениями. В академии прав всегда оказывался тот, кто первый обвинит, кто будет сильнее в риторике, убедительнее. Конечно, доводов в свою защиту у Глеба немного, но нос расквашен именно у него, а это сильный аргумент.

Женя вздохнул, помолчал, потом вздохнул еще раз.

— Простите. Я виноват. Я не должен был этого делать.

— Ты мог убить его. Череп и так по кусочкам собирали, там пластины титановые, лоскутное одеяло. А если бы не в воду, а на кафель? Я не ожидал такого от тебя. Очень, очень разочарован.

Женя опустил голову. Кровь прилила к щекам Глеба, ему стало тошно, стыдно и противно от самого себя. Ну вот почему этот молчит, почему не рассказывает, как было? Даже без прикрас, просто голые факты и то будет понятно, что именно Глеб виноват и поступил мерзко.

Директор ругался, правда, без огонька и искренности. Женя отмалчивался, а виновнику произошедшего становилось все хуже и хуже. Неожиданно для самого себя он вдруг подскочил на ноги.

— Хватит уже! Он не виноват. Я поступил ужасно и заслуженно получил по лицу. Надо кого-то наказать – наказывайте меня.

Директор впервые взглянул на Глеба и вдруг улыбнулся.

— Рад, что ты это понимаешь, – в голосе его не прозвучало ни капли раздражения, напротив, он стал спокойным и ласковым.

От такой быстрой смены тона в голову Глеба закралась мысль о тщательно спланированной постановке, разыгранной специально для него.

— Что же мне теперь делать с вами, мальчики?

Наказание получили оба. Но даже оно оказалось каким-то странным, неправильным. Глебу запретили приближаться к спортзалу и бассейну в течении месяца. Велели сократить время пребывания в компьютерном классе до двух часов в день и настоятельно рекомендовали наладить контакт с другими воспитанниками, выбираться вместе с ними в город. Жене, напротив, месяц нельзя было покидать стены Приюта.