Его одержимость. Время вспять - Дилара Александрова Страница 12

Плохая она была по многим причинам.

Во-первых, его привычный уклад жизни с треском пошел по швам, или порвался, как газетные листочки под его упорными пальчиками.

Кассарион любил сидеть в углу и собирать стальные корабли из кусочков бумаги. Любил чувствовать предметы вокруг себя, иногда поднимать их, иногда бросать. Обожал охотиться за змеями и очень любил ножи. Они протыкали змей, когда они забирались к ним в сад и грозно шипели. А когда пришла эта девочка, он перестал чувствовать все это… перестал чувствовать свой мир. Она уничтожила его!

Во-вторых, он не любил спать. Все его внимание занимали предметы, а когда он засыпал, к нему приходили кошмары. Ужасные кошмарики, в которых было много змей и насекомых, и во сне он очень страдал. Иногда подходила мама и успокаивала его, но временами она могла не уследить и пропустить один сон, потом другой, потом третий…

Кассарион боялся даже одного. А плохая Джудит заставляла его засыпать одним щелчком пальцев. В таких снах кошмары будто за толщей стекла, и не могли дотянуться до него, но все равно Касс очень боялся.

В-третьих, она называла его неприятными словами и заставляла пить чай. Чай, которого даже не было в пустых игрушечных чашках. Джудит притащила какой-то старый потертый сервиз из своего дома и играла с ним в чаепитие. А когда он таскал из своей комнаты стальные самолетики, которые ему так нравились, она откладывала их в сторону, будто они совсем ничего не значили. Совала в его ладошку пустую чашку без чая и приказывала пить.

Что пить? Пустоту? Тут даже сока нет!

Кассарион чавкал губами по воздуху чувствуя себя обманутым.

— Пей, — настаивала Джудит, подсовывая очередную чашку хмурому мальчишке.

Он отказывался, сбрасывая чашку на пол. Если уж и пить, то только вкусное. Что существует!

— Какой ты упрямый! — возмущалась Джудит. — Это же игра. Нужно представить, что в чашках есть чай. Это же так интересно!

Кассарион так и не понял, что именно ей интересно, если на кухне полно настоящего чая, который можно пить. Она еще и глупая.

Мальчик был такой беспомощный без своей телепатии. Джудит подавила ее еще несколько часов назад, ему нечем было возразить. Не кинуть в нее этой чашкой, и не ударить ложкой по лбу. Плохая девочка связала его по рукам и ногам, и ему ничего не оставалось, как пить невидимый чай и с грустью смотреть на свои самолетики.

А самое главное, она отобрала у него маму. С тех пор, как Джудит появилась в его доме, мамы все чаще не бывало рядом. Раньше она находилась с ним буквально всегда — утром, днем и ночью, спал он или бодрствовал, бегал, бросался предметами или спокойно сидел в углу. Она всегда была рядом! Никогда не спала, никогда не отходила от него, а сейчас…

Он не помнил, когда в последний раз ее видел. Знал только, что она все время спала. Выходила ненадолго, такая взъерошенная, родная и усталая, тискала его, целовала, варила себе вкусный чай и снова уходила.

Для Кассариона это было непривычно. Где мама? Почему она не с ним? Ему приходится все свое время проводить с плохой-противной девочкой, которая называет его засранцем.

— О, вы играете, — мама спустилась с лестницы, ведущий на второй этаж.

В легких бежевых бриджах и клетчатой рубашке, ее волосы неестественно-аккуратно убраны на затылке. Странно. Раньше Кассарион всегда помнил их растрепанными.