Глядящие в вечность: Против лома нет вампира. Не сотвори себе вампира. Клыкастые страсти - Галина Гончарова Страница 122

Ну и пусть ему будет хуже! Только кому – ему? Скажу, когда решу. А пока хуже всех будет именно мне.

Вернулся Даниэль.

— Я тут нашел тебе бинты. Потрясающе выглядишь.

— Спасибо. Поможешь руку перевязать?

— Конечно.

Я вытянула ее вперед, чтобы вампиру было удобнее, а сама стала разглядывать его наряд. Даниэль тоже был в светло-серых кожаных брюках и шелковой рубашке. Но его рубашка была невероятного серебристого цвета. Как раз под оттенок его глаз.

— Тебе идет, – заметила я. – Ты такой красивый!

— Ты мне льстишь, – смутился вампир. – Самая красивая сегодня будешь ты!

Я подарила ему улыбку.

— Как ни крути, а с Мечиславом мне не сравниться.

Даниэль улыбнулся в ответ.

— Мечислав меня не привлекает. У меня другие вкусы.

Я почувствовала, что краснею. Но язык меня никогда не подводил.

— Забавно, но у меня тоже.

Глаза вампира откровенно смеялись.

— Бедный Мечислав. Впервые какая-то женщина не находит его привлекательным!

— Неужели впервые?

— За все время нашего знакомства!

Я вспомнила точеный профиль вампира, его медово-золотистую кожу – и кивнула.

— Их можно понять. А где мои хрустальные башмачки?

— Обувь ждет за дверью.

— И она в таком же стиле? Под стать костюму?

Мне резко поплохело. Даниэля это только развлекало.

— Ну да. А ты как хотела? Алмазные башмачки, золотые каблучки. Чтобы терять было не стыдно!

Когда я увидела то, что мне предстояло надевать на ноги, – мне захотелось оказаться где-нибудь на Гаити. Или где там можно ходить босиком по городу? Эта, модельера ее за ногу, обувь… Да я такое никогда не надевала! Это были узконосые сапожки на шпильке сантиметров в десять. Ярко-алая кожа, из которой они были пошиты, была сплошь покрыта псевдорубинами и бисером.

— Да я ноги себе раньше сломаю! – взвилась я. – Я хочу надеть свои ботинки! Где они?

Даниэль смотрел на меня как на бестолкового ребенка.

— Твоя обувь насквозь промокла, а вы, люди, слишком хрупкие создания. Ты простудишься и заболеешь.

— Знаю. Это вас поленом не перешибешь. Или заболею, или ногу сломаю. И пусть вам, клыкастым, будет стыдно! Даже приличной обуви выбрать не могли!

— Это не я выбирал, сама понимаешь.

Серые глаза подсмеивались надо мной, но так легко и беззлобно…

Еще бы мне не знать. Я попробовала нацепить эту пакость и прошлась по коридору. Получалось плохо.

Ну да ладно, потренируюсь! Тем более что сапоги шли ко всему ансамблю. Я кое-как проковыляла вниз по лестнице – и присвистнула, глядя на остальных вампиров. Вадим был одет в такой же серый шелк и серую кожу, как и Даниэль. И его глаза были похожи на грозовое небо. Борис щеголял тонами алых парусов. Алое – серое, серое – алое.

Наши наряды скорее дополняли друг друга, чем враждовали между собой. Но стразы были разрешены только мне.

— Очаровательно, – протянула я. – А где его величество?

— Разумеется, здесь, – прозвучал негромкий голос.

Я развернулась. Мечислав стоял позади меня. Стоило только руку протянуть, чтобы коснуться его груди. Волоски у меня на затылке встали дыбом. М-да. От такого зрелища можно было и присвистнуть. Что я и сделала. И тут же разозлилась на себя, ощетинившись во все стороны. Да что ж такое?!

— Не боитесь?

— Чего? – его удивление было неподдельным.

— Я бы на вашем месте не выходила на улицу в такой одежде. Если даже у меня от вашего вида челюсти сводит… Вас просто надо арестовать за оскорбление общественной нравственности.