Книга Паучихи - Рика Иволка Страница 123

— Я, как ваша Богиня, – хохотнул колдун, обхватывая ладонями ее талию. – Всевластен в своей продолговатой обители. Башня магическая, прелесть. Это мое гнездо. Гнездо ala’kel. Shikra llim. Часть моя. В ней я всесилен, и все, кто в ней, подчиняются моей силе. Временами… это становится скучным. Поэтому я не сковываю своих невольников. Так интереснее.

— Я сбегу отсюда, – процедила Малврае. – Я заберу свою сестру, и мы уйдем отсюда. Запомни это. Так и будет.

Он провел пальцами по ее спине, и Мэл с шипением дернулась.

— И как же? Расскажи мне. Как ты обойдешь мою магию? Как обойдешь моих стражей? Автоматонов? Меня, в конце концов? – Он прижал руку к груди, плаксиво сморщив лицо. – Жа-а-алкого рамашади…

— Я расправилась с твоей металлической игрушкой меньше чем за минуту.

— О, прелесть… – Джавад вытянул вперед шею, приблизив лицо к ее уху. Мэл хотела отдернуться, но колдун придержал ее за цепь, шепнув: – Я просто не раскрыл тебе весь их потенциал. Я же не хотел убить вас всерьез! Вы, божьи игрушки, такие хрупкие… Хотя должен признать, ты – особое блюдо. Вкус на грани контрастов. Сладкое и соленое, кислое и горькое. Сложный состав. Но скоро я переварю все это и узнаю твой секретный ингредиент.

Переварит?..

— Джавад. Хватит.

Колдун отстранился за миг до того, как Малврае клацнула зубами, пытаясь откусить его длинный нос.

— О… Смотри-ка. Твой верный… как это… пьес? Пес, ха! Чудно’е слово… Лишился поводка, но все норовит приткнуться к хозяйскому колену.

Дэв стоял у края купели с очень решительным видом. В отличие от нее и Иллиам он не был скован или наряжен в унизительные шелка. Ну разве что в более свежую одежду, нежели его старая, выцветшая от пота, солнца и вся в песке. А еще он был свободен. И все еще здесь, хотя она сказала ему уходить.

Выразительные губы колдуна скривились.

— Послушай, Алак-джа, я не против, чтобы ты гостил у меня сколько захочешь, мы ведь друзья, но от твоего кислого личика у меня вянут яйца. Не хочешь поразвлечься с этими девушками? Как в старые добрые времена, помнишь? Мы вместе тако-о-ое творили…

— Нет.

— …Ты возьмешь свою бывшую госпожу, я возьму ее сестричку…

— Заткнись.

— Хочешь поменяться? Почему бы и…

— Я сказал – заткнись! Ты не тронешь Мэл.

Колдун хрюкнул от смеха.

— Да ну? И кто же меня удержит? В моей собственной магической башне?

— Я.

Идиот!

Мэл уперлась колдуну в грудь, пытаясь оттолкнуть его и встать, чтобы наподдать пернатому тупице, но Джавад не пустил ее.

— Вали отсюда! – рыкнула она тогда. – Ты свободен, что не ясно?! Иди в свое убежище и будь СВОБОДЕН!

— Я буду свободен, когда сам так решу.

Колдун заливисто рассмеялся. Мэл чувствовала, как под ее ладонями заходила его пересеченная надвое грудь. У нее же в груди клокотало от злости на белобрысого упрямца. Держишь его – не нравится, отпускаешь – тоже. Принцесса! Или, скорее, принц. Как выяснилось.

— Ваши агрессивные попытки защитить друг друга просто очаровательны. Не останавливайтесь. – Он вскинул руки. – Продолжайте!

Нечто налетело на них. Мокрое и рычащее. Выкрикнув что-то на чужом языке, колдун разжал пальцы, отпуская цепь, и Мэл упала в воду, хлебнув носом. Кто-то подхватил ее под мышки, вытягивая на край купели, мокрую, злую, с резью в носу. Такая же мокрая и злая, над ней стояла сестра. Всегда насмешливое, всегда гладкое лицо Иллиам морщилось и скалилось, как у зверя.