Песнь сердца и пепла - Анастасия Левальд Страница 124

— Если у него нет способности к магии, зачем учить? – пробурчал Райко и прошел в узорную беседку, упал на скамейку и скрестил руки на груди.

— Я еще лучше тебя буду владеть первозданной магией! – вскрикнул Тайро и обиженно надул губы, тут же посмотрев на маму.

— Конечно, милый. – Матушка погладила брата по голове и улыбнулась.

— Этого никогда не будет! – возразил Райко. – Потому что я наследник, я старший сын!

— И что, – обиженно протянул Тайро, – может я тоже смогу.

— Нет, не сможешь, у меня белые крылья, только у наследника, у прямого наследника и старшего сына вождя белые крылья. Это отличие преемника. У тебя их нет! – со злостью говорил он.

— Райко! – отдернула его мать. – Нельзя так, он еще маленький.

— В восемь лет отец уже заставил меня пройти испытание огня, так что он уже не ребенок, мама. Почему его не тренируют?

— Потому что у него слабая магия и он не наследник, – спокойно сказала мать и позвала его рукой к себе. Тайро с широкой улыбкой подбежал, сел рядом, и она прижала его к себе. – На тебя возложена большая ответственность, поэтому отец требует с тебя больше, чем с него.

— Будто сам отец несет эту ответственность, – тихо пробурчал Райко и отвернулся.

Солнце почти полностью скрылось за горами, но его лучи все еще пытались освещать склоны.

— О чем ты говоришь? – Лицо матери исказилось. Некогда спокойное, можно сказать идеальное лицо с чуть пухлыми алыми губами, ореховыми и чуть бордовыми глазами стало беспокойным.

— Я сегодня слышал, что у отца была девушка в молодости. – Он прикусил губу. – Человек! Один из сановников обсуждал это с гостями, а как увидели меня, все сразу замолчали.

— Это так, – выдохнула мать и поправила длинные каштановые волосы, убрав их за спину. – Это было его ошибкой, и он…

— Что он? Он постоянно говорил, что люди могут только разрушать, что им нельзя верить, что их души давно разъела жадность и корысть, они не способны сострадать и любить.

— Да, но когда он узнал, что она беременна, все прекратил. Девушка умерла при родах, ибо человек не может родить фойтийца. Ребенок тоже скончался. Поэтому белые крылья у тебя и потому именно ты наследник.

— Ты хочешь сказать, что… – Голос Райко дрогнул.

— Как ты знаешь, мы можем делиться крыльями с людьми. Дав им перо со своих, мы позволяем им на короткое время приобрести возможность почувствовать себя крылатым народом и вдохнуть свободу. Твой отец также передал перо своей девушке. У них так же, как и у нас, цвет крыльев зависит не от наследственности и предков, а от состояния души, внутренней энергии…

— Но у нас одинаковые, – пролепетал Тайро, почти засыпая на руках матери.

— Конечно, одинаковые, ведь ты совсем как я, – с широкой улыбкой проговорила она и поцеловала Тайро в лоб.

— Что было дальше? – с нетерпением спросил Райко, не желая смотреть на нежности матери с младшим братом.

— У нее были разноцветные крылья. Свой цвет и пятна белого. У нее был наследник Фойтии, и если бы он родился, то на престол бы взошел полукровка.

— И он просто так оставил ее, даже не подумав исправить свою ошибку? А если бы ее ребенок выжил?

— Не выжил бы. Ни она, ни он. Такие союзы невозможны, поэтому он так наседает на тебя с выбором невесты.

Райко перевел взгляд на Тайро, который прижимался к матери и время от времени поглядывал на брата. Она аккуратно прикрыла его своими величественными темными крыльями с алым отливом и улыбалась. По этой улыбке было видно, как сильно она его любит, как дорожит каждым его вздохом. Райко стало интересно: а смотрела ли мать так когда-либо на него.