Психотерапия для мертвеца - Александра Власова Страница 128

— Поговорите с мамой!

Большую часть проблем можно решить одним откровенным разговором.

— Мамы, – Кира всхлипнула, – давно уже нет.

Ведьма всегда считала, что спиритизм – опасное и чаще всего бесполезное занятие. Но ее клиентке было просто необходимо встретиться с матерью вновь.

Так что к следующему визиту Киры ведьма подготовила все для вызова покойницы. О чем ведьма думала? Что годы посмертия изменят ту женщину? Надеялась на красивое примирение?

То, что ее шаг стал очередной и очень жестокой ошибкой, колдунья поняла, как только увидела дух. Ее облик сохранился почти таким, каким был при жизни: длинные полупрозрачные волосы, правильные черты лица, но губы презрительно поджаты, а глаза наполнены неиссякаемой скорбью.

На то, чтобы пережить горе, не хватило даже посмертия.

— Ваша дочь хотела с вами поговорить.

— Соня?

В глазах духа появилась надежда, затем мольба. Казалось, она готова на все, чтобы получить весточку от давно утраченной дочери…

— Нет, другая дочь. Кира.

— У меня нет другой, – зло отчеканил дух. – Она, – мертвая женщина презрительно указала на клиентку. Кира не видела дух, но все равно испуганно съежилась, – украла место моей девочки. Я ее вырастила: кормила, лечила, дала ей образование. Считаю, что мои обязанности выполнены.

Ведьма почувствовала, как в горле образуется ком. Алика не могла передать слова призрака клиентке, которая сидела напротив, нервничала и смотрела на колдунью красными глазами.

Это была последняя их консультация – денег на курс магической реабилитации у учительницы не было. А бесплатно трудиться не могла уже Алика, она и так из симпатии к клиентке делала той ощутимые скидки.

Работа с Кирой была не из легких, а нарушение энергообмена между практиком и клиентом может привести к нежелательным последствиям для обеих.

Но Алика ведала: как бы сильно ни было токсичное убеждение, от кого бы оно ни исходило, никто не в состоянии заставить клиентку поверить, будто она не заслуживает места в жизни, если Кира примет себя сама.

— Моя догадка подтвердилась, – только и сказала ведьма, стараясь, чтобы голос звучал ровно. – Насколько я знаю, вы хорошая мама?

Женщина растерянно закивала, еще не понимая, в какую сторону клонит ведьма.

— Давайте пофантазируем: представьте, что к вам в класс привели нового ребенка. Девочку, – ведьма осторожно описала, какой увидела Киру в детстве: ненужный ребенок, который разочаровал маму лишь тем, что не был чужой инкарнацией.

Она говорила до тех пор, пока глаза собеседницы не увлажнились от жалости к «воображаемой» малышке. До тех пор, пока она не была готова удочерить ее, принять всей душой.

Не все родители любят своих детей. Хваленый материнский инстинкт включается далеко не всегда, а чтобы любить, необходимо иметь хотя бы немного любви внутри. Мать Киры была больной, сломавшейся женщиной, у которой, кроме ее горя, ничего не осталось. Сейчас ее уже нет. Но у Киры всегда есть Кира.

— Как бы вы работали с таким ребенком? Что бы ему говорили?

Алика видела по глазам: у учительницы появляется план – не она ли с такой самоотдачей помогала ученицам? Скорее всего, идеи клиентки лучше всего, что могла бы предложить ведьма, ведь у Алики не было такого опыта работы с отвергнутыми детьми.

— Эта девочка – маленькая Кира, – серьезно сказала колдунья. – Она всегда внутри вас. С мамой у нее не сложилось, поэтому прошу… пообещайте мне, что вы о ней позаботитесь! Я знаю, вы сможете.