Яд темной любви - Лана Ежова Страница 129

Без колебаний мы последовали за ней на кухню.

Подойдя к шкафу с посудой, Виола нажала на какую-то невзрачную загогулину – в стене из красного кирпича бесшумно открылся проход, заполненный темнотой.

— Добро пожаловать в подпольную мастерскую моего мужа! – со смешком произнесла девушка и запустила несколько зеленых «стрекоз», чтобы осветить нам путь.

Прежде чем последовать за Алем и нашей проводницей, я сделала глубокий вдох.

Пахло специфически: машинным маслом, металлом, старыми книгами и почему-то булочками… Где-то тикали часы, их звук сливался с потрескиванием работающих механизмов и легким гудением невидимых защитных чар.

Через потайной ход мы попали в просторную мастерскую.

Колбы, разноцветные кристаллы, увеличивающие в десятки раз лупы, чертежи и схемы, груды шестеренок и пружин, загадочные механизмы – и посреди этого царства техномагии стоял Виктрэм Глау. Усы остались, и все же сейчас он больше не напоминал хилого изобретателя, а был собой – высоким, мускулистым боевым магом, опасным воином из ордена Кромешной Тьмы.

Лорд Глау встретил нас прямым взглядом.

Мой кромешник шагнул вперед – его тень на стене на миг выросла в несколько раз, а затем уменьшилась – и протянул открытую ладонь.

— Алессандр Ярвуд.

— Виктрэм Глау. Рад знакомству с другом моего зятя.

Кромешники пожали руки – по ним скользнула дымка тьмы, словно проверяя: свой или чужой?

— Устраивайтесь перед экраном. – Виктрэм указал на два кожаных кресла, стоящих перед трехметровым зеркалом в массивной бронзовой раме. – С вами хотел поговорить его величество Эрик.

— Но ведь это невозможно из-за близости к водоразделу! – невольно вырвалось у меня.

Супруги Глау с довольными улыбками переглянулись.

— Для моего мужа невозможное – это вызов, который он всегда готов принять, – с гордостью произнесла Виола.

Пока лорд Глау настраивал свой техномагический прибор связи, я тихо спросила:

— Вы здесь тоже из-за лекарства от белого мора, который вытащили из усыпальницы короля-целителя?

Лорд Глау резко обернулся и нахмурился.

— Вы что-то путаете, леди Горейская. За двести лет туда никто так и не смог войти. – Он устало потер лоб. – Ради взлома двери в усыпальницу регенту и понадобился техномаг.

Так… я тогда ничего не понимаю! А чей прах, зараженный мором, тогда привезли заохийцы в Латорию?

— То есть король Амехопет Солнцеликий похоронен на его же острове и никто туда так и не смог войти? – напряженно уточнил мой напарник.

Лорд Глау кивнул.

— Кто ввел вас в заблуждение? Даже дети в Заохии знают: понимая, что заразился мором, король Амехопет не стал принимать лекарство, а закрылся в резиденции на своем родовом острове. Туда же унес и главный артефакт островов – скипетр стихий.

Чем больше я слушала, тем страшнее становилось. Вся история с белым мором – ложь? Грандиозная афера? Зачем в Латории распускали слухи, что Заохия пытается заразить нас белым мором? Чтобы спровоцировать войну между королевствами?!

Что-то доставая из коробочек на столе, Виктрэм продолжал:

— Регент Нергал показывал мне несколько страниц, вырванных из дневника короля-целителя. Белый мор – эпидемия, которая возникла из-за экспериментов храма Света по скрещиванию нескольких видов животных. Если их не возобновят, то болезнь не вернется, так записал в своем дневнике древний король, и я ему верю. Умный был мужик, изобретательный. На входе в его резиденцию выставлена невероятная защита, столько ловушек я еще нигде не встречал.