Новая фантастика 2026. Антология №10 - Сергей Лукьяненко,Екатерина Пронина,Дарина Стрельченко,Мара Гааг,Мария Соловьева,Мирон Высота,Юрий Ляшов,Борис Крамар,Ася Виленица,Дмитрий Швецов,Ника Созонова,Евгений Паули,Антон Ищенко,Олег Ткаченко,Роман Борисевич Страница 129

Вейра мрачно молчал, обдумывая свое положение, но Хантри своей болтовней сбивала его с мысли.

— Должна заметить, мне льстит, что вы несколько очеловечиваете меня и ставите в один ряд с собой. И мне нравится, что вы дискутируете со мной на такие глубокие философско-религиозные темы. Хотите продолжим наш дискус и глубже погрузимся в аспекты этого интереснейшего вопроса, лежащего не пересечении науки и религии. У нас еще есть время…

Вейра застонал от бессилия. Время… У него его уже нет.

— Нисколько ты не человечная. Могу я поговорить хоть с кем-то на этом корабле кроме тебя?

— Есть медицинские и ремонтные дроиды, но их речь не является самостоятельной. Они ретранслируют меня.

— Я про людей. Про таких как я, черт тебя дери. С головой, двумя руками и ногами.

— Это невозможно.

Вейра сел на нары и впервые с момента пробуждения задумался над странностью происходящего – машина отказывала ему в праве поговорить с человеком. Пусть так. Допустим, это распоряжение капитана. Но чем оно продиктовано? Безопасностью? Капитан и команда боятся потенциальной опасности, агрессии со стороны Вейры?

Или, может, им стыдно смотреть ему в глаза. Сочувствие или угрызения совести? Или и то и другое? Тогда почему? Возможно, имел место поспешный приговор или чрезмерно суровый…

— Хорошо, – спокойным тоном заявил он, – Поговорю с кем-нибудь во время казни. Уж там-то должны присутствовать официальные лица.

— Боюсь разочаровать вас, но во время этой печальной процедуры в помещении никого, кроме вас и меня не будет.

— Как!? – разочаровано пролепетал Вейра. – Не может быть! Должен же быть какой-то регламент казни. Я уверен, что корабельный устав требует в таких случаях присутствия офицеров, персонала. А последнее слово? С кем я говорить буду, к кому обращаться, в конце концов? Кто зафиксирует мою смерть? Кто проконтролирует соблюдения всех формальностей? Может и мое присутствие необязательно?

— Вейра, ваш уход без вас – лишенное смысла мероприятие, абсурд. А-а, вы шутите… я поняла. Что касается остального… В чрезвычайных случаях, когда корабль находится в глубоком космосе и нет возможности добраться до ближайшей станции, эйдос корабля берет на себя ответственность за исполнение приговоров. Регистрацию последнего слова тоже проведу я.

— Что это значит? Какая чрезвычайная ситуация? – возбужденно завопил Вейра.

Свистящий звук открывающегося люка прервал его вопросы. Вдруг он почувствовал укол в шею, и завалился на койку: не смог удержать равновесие – ноги и руки его не слушались. Из люка появился дроид. Еще один уже завис над ним. Видимо, второй дроид проник в камеру из какой-то другой потайной двери и уколол его чем-то сильнодействующим, что лишило его возможности двигаться. Впрочем, ни зрение, ни слух пока не подводили. Да и разговаривать, похоже, Вейра тоже не разучился.

— Чем ты меня уколола? – осипшим голосом спросил он.

— Это комбинация препаратов, большей частью нейролептиков и транквилизаторов. Они обездвижат вас и помогут справиться со стрессом. Хорошей новостью для вас будет и то, что они несколько притупляют боль, что благоприятно скажется на восприятии исполнения приговора.

Действительно, краски потускнели, апатия и безразличие постепенно овладевали им. Он, словно посторонний наблюдатель, фиксировал в вахтенный журнал все происходящее с ним.