Ветеринарка-попаданка. Невольная хозяйка приюта для драконов - Диана Фурсова Страница 13

Я здесь. Я… жена генерала. У меня сутки. И я лечу драконов.

Это было настолько нелепо, что хотелось рассмеяться. Или заплакать.

Дверь тихо скрипнула. Рейнар вошёл без плаща, в рубашке, с распущенными волосами — и от этого выглядел опаснее, чем в форме. Лицо было усталым, но взгляд — всё таким же холодным.

— Ты держишься, — сказал он без вступлений.

— Я держусь за работу, — ответила Валерия, не вставая. — Она хотя бы понятная.

Рейнар подошёл ближе, остановился у ящика.

— Рысик выживет?

— Да, — сказала она. — Если ночью не будет нового выброса.

Генерал молчал секунду, потом тихо спросил:

— Ты правда ничего не помнишь?

Валерия подняла глаза.

— Я помню, как лечить. Как держать себя в руках. И… иногда вспышками — чужие слова. — Она помедлила. — Ваше имя. “Долги”. “Проверка”. Но не помню вас.

Рейнар смотрел на неё долго. Потом протянул руку — и, к её удивлению, не к ней, а к перевязке Рысика. Пальцы были осторожные, слишком аккуратные для человека, который командует армией.

— Валерия раньше называла их по именам, — сказал он тихо. — И ругалась с ними, как с детьми.

— Я тоже ругаюсь, — сухо заметила Валерия.

— Да, — уголок губ генерала дрогнул. Почти улыбка. Почти.

Она поймала эту микроскопическую трещину в его холоде — и тут же почувствовала раздражение:почему это вообще важно?

— Завтра вы будете рядом, когда придёт инспектор? — спросила она.

— Завтра я буду там, где нужно, — ответил Рейнар. — Тис не любит сталкиваться со мной напрямую. Но он любит бить по слабым местам.

— То есть по мне, — сказала Валерия.

— То есть по “жене”, — поправил он, и это прозвучало так, будто слово принадлежит ему.

Валерия медленно выдохнула.

— Я не буду играть в вашу жену, если вы будете играть в моего хозяина.

Рейнар поднял бровь.

— Я не твой хозяин.

— Тогда перестаньте говорить приказами, — сказала она тихо. — Со мной это не работает.

Он на секунду напрягся, будто хотелответить резко… но сдержался.

— Хорошо, — сказал он наконец. — Тогда скажи, что тебе нужно.

Валерия удивилась: простая фраза, а звучит как уступка.

— Мне нужно знать правду о ночи, — сказала она. — И о метках. И о том, почему драконы “проклятые”.

Рейнар отвернулся, прошёлся по комнате, словно собираясь с мыслями.

— Не сегодня, — сказал он. — Сегодня тебе нужно спать.

— Я не засну, — отрезала Валерия.

— Заснёшь, — спокойно ответил он, и в голосе снова появилась сталь. — Потому что завтра ты должна стоять ровно и говорить уверенно. И потому что, Валерия, — он остановился, посмотрел на неё, — ночь здесь опаснее дня.

Валерия почувствовала, как по коже побежали мурашки.

— Почему?

Рейнар не ответил сразу. Потом произнёс:

— Потому что некоторые вещи просыпаются ночью.

Он направился к выходу.

— Вы куда? — вырвалось у неё.

Генерал обернулся на пороге.

— Проверить периметр. И… — он сделал паузу, будто выбирая слова, — убедиться, что завтра у приюта есть шанс.

— Не исчезайте, — сказала Валерия резко, сама не понимая, почему это звучит почти как просьба.

Рейнар посмотрел на неё пристально.

— Я не исчезаю, — произнёс он. — Я делаю то, что должен.

Дверь закрылась.

Валерия сидела ещё минуту, слушая, как где-то в коридоре стихает шаг. Потом заставила себя подняться, проверить Рысика, убедиться, что у него не поднялась температура, и только потом пошла в маленькую комнату рядом с лазаретом — с узкой кроватью и пахнущим дымом одеялом.