Та еще штучка и золотое дерево - Светлана Нарватова Страница 13

Завершив осмотр в 19:47, неизвестный господин с веником вновь скрылся в доме ведьмы и вышел оттуда, сверкая лысиной, в одиннадцать часов шестнадцать минут.

Стесняюсь спросить, что он там делал столько времени в столь поздний час? Раз ушел он на своих ногах, вряд ли на нём проводились испытания просроченных зелий. И в голову мою закрался вопрос: а откуда у госпожи Бергман пустая баночка из-под пилюль от мужского бессилия?

Для чего она использовала содержимое?

И для кого?

Сдаётся мне, «котик» Пират в пилюлях не нуждается…

Отдельно хочу отметить, что незадолго перед уходом господина, утратившего в ходе визита веник, шляпу и совесть, из дома слышались подозрительные громкие звуки, а именно: «А-а-а-а!» мужским голосом и «Иди сюда, мелкий паршивец!» - женским, и «Не-е-е-ет!» - снова мужским. Я не ханжа, и с пониманием отношусь к некоторым игровым вольностям между мужчиной и женщиной в процессе… близкого общения. Но не намерен выслушивать театральные этюды в два голоса, когда приличные люди уже спят!

Очень показательно в связи с вышеупомянутым высказывание госпожи Бергман, которая, цитирую: «по части поцелуев ожидала от профессора некромантии большего». Простой анализ фактов говорит нам, что я всего лишь оказался экземпляром в её коллекции поцелуев. Означенная госпожа соседка - легкомысленная поцелуйная коллекционерка! И это самое деликатное выражение из тех, что просятся сейчас на бумагу. Я должен был сразу это распознать. Ещё на кладбище, когда госпожа Бергман набросилась на меня, как голодный упырь на запоздалого путника. Но я по неопытности счёл этопроявлением её темперамента.

Как я был слеп!

Как я был глуп!

Она мне ещё и потренироваться предлагала… Вы посмотрите, какая мастерица международного класса пропадает в безвестности провинциального Райнбурга!

Где её глаза, господин бургомистр? Разве можно сравнить меня — и этого, с позволения сказать, «мелкого паршивца» с блестящей лысиной вместо перспектив? Чем она думает⁈

У меня есть версия, но в приличном обществе такие версии не обсуждают.

Я разочарован и раздосадован.

Но это не помешает нам с Дэмоном выполнить свой долг перед обществом. Мы всё равно отправимся на ночное патрулирование! И если я оттуда не вернусь, она горько пожалеет о своём поступке.

Но будет уже поздно!

Запомните меня таким.

Рихард фон Диттмар, на боевом марше против тёмных сил вселенского зла.

p. s. Извинитесь, пожалуйста, перед сторожем кладбища, когда он в себя придёт. Просто он не в то время со своими философскими вопросами. Что я делаю на кладбище? Не его дело, что я там делаю! Я, может, и сам не знаю, что…

p. p.s. И ту пару памятников, которые я разнёс, я обязательно восстановлю. Но честное слово, они только уродовали пейзаж!

P. P. Р. S. Сегодня, в пять часов утра, заложник был казнён через сожжение в камине. Прах его был развеян. Рука палача не дрогнула, несмотря на мольбы заключённого. Потому что некроманты — бессердечные, некродушные и просто душные. Да, мы такие!

P. P. Р. Р. S. Эти пятна на письме с растёкшимися чернилами — просто капли дождя. Помните, как у поэта: «Дождябрь. Достать чернил и…». Нет, впрочем, нет. Это не о некромантах!

P. P. Р. Р. Р. S. А завтра я куплю пилу.

г. Райнбург, 2 дождября 1875 года

г-ну бургомистру Уве Шульцу