Замуж за Морозко. Без шапки не выходить - Матильда Старр,Мира Вишес Страница 13

С такими запасами можно было пережить не одну зиму!

— Искорка, — торжественно объявила я, — сейчас ты увидишь настоящее волшебство.

Дракончик заинтересованно задергал ушками.

Где вы видели алхимичку, которая не умеет готовить? Зелья варить и еду готовить — в принципе одно и то же. Только вкуснее. И можно съесть.

Я нацепила висящий на крючке фартук, засучила рукава и принялась за дело с энтузиазмом, который удивил меня саму.

Для начала — борщ. Правильный, наваристый, такой, какой готовила мама. Когда еще была жива… Я достала свеклу, морковь, картошку, капусту, лук. Искорка помог мне разжечь огонь в плите — выдохнул струйку пламени прямо на сухие поленья, и они послушно вспыхнули.

— Молодец! — похвалила я его, почесав за рогом.

Он довольно заурчал и устроился на краю стола, наблюдая за мной.

Я почистила овощи, нарезала. В большой чугунный котел налила воды, поставила на огонь. Пока вода закипала, обжарила свеклу с морковью и луком на сковороде — так, чтобы они дали сок и аромат. Добавила ложку томатной пасты из банки. Нарезанные картошку и капусту бросила в кипящую воду, потом добавила зажарку, посолила, поперчила, кинула лавровый лист и раздавленный зубчик чеснока.

По кухне поплыл запах — густой, насыщенный, домашний. У меня аж слюнки потекли.

Пока борщ варился, я замесила тесто для пампушек — мука, дрожжи, немного сахара, соль, теплая вода. Вымешивала долго, с удовольствием, чувствуя, как тесто становится эластичным и послушным под руками. Я накрыла полотенцем и поставила в теплое место — пусть поднимается.

Что еще? Драники! Обязательно.

Я натерла картошку на крупной терке, отжала лишнюю жидкость, добавила яйцо, муку, соль, измельченный лук. Разогрела сковороду с маслом, и понеслось. Драники шипели и подрумянивались, распространяя такой аромат, что у меня живот заурчал в предвкушении.

Искорка тоже принюхивался и облизывался.

— Тебе тоже дам, — пообещала я. — Только чуть-чуть, а то объешься.

Тесто для пампушек тем временем поднялось. Я разделила его на небольшие шарики, выложила на противень и отправила в печь. Минут через двадцать они вышли румяные, пышные, с хрустящей корочкой. Я приготовила заправку — раздавила чеснок, смешала с растительным маслом и солью — и щедро полила пампушки.

Борщ был готов. Я попробовала — идеальный! С легкой кислинкой, именно такой, как надо.

Теперь — сервировка.

Я отправилась в столовую. Большой зал с длинным столом, рассчитанным явно не на одного человека. Ледяные колонны поддерживали высокий потолок, на стенах мягко светились кристаллы.

Найдя в буфете белоснежную скатерть, я расстелила ее на столе. Сервировала на двоих — себя и Норда. Тарелки из перламутрового фарфора, серебряные ложки, хрустальные бокалы. Я поставила на стол изящную миску с квашеной капустой. Соленые огурцы — на отдельное блюдо. Нарезала черный хлеб толстыми ломтями, выложила на деревянную дощечку.

Принесла борщ в большой супнице, поставила по центру. Рядом — тарелку с драниками. Пиалу со сметаной. Корзинку с пампушками, от которых исходил чесночный аромат.

Я отступила на шаг и оценила результат.

Стол выглядел как для праздничного обедо-ужина. Все дымилось, пахло, манило. Посуда переливалась в свете кристаллов. Красиво. Очень красиво.

И вкусно. Я точно знала, что вкусно.