Из бездны к звездам - Сэм Альфсен Страница 131

— Нет, – покачал головой учитель, но тут же продолжил: – Но у меня было несколько предположений. Первое – довольно детское. Если духи увидят твое лицо, то убьют тебя. Но раз ты вышел из бездны живым, то это не так. Второе: духи бездны могут тебя запомнить. Однако после твоего рассказа у меня появилось третье предположение.

— Какое? – с интересом уточнил Нуска и даже сел, со всем вниманием уставившись на учителя.

Сам же Минхэ выглядел очень серьезным и взволнованным. Он сказал:

— Духи бездны могут тебя узнать. Только эта догадка может объяснить все, что с тобой произошло.

Нуска тоже нахмурился. Но ведь Эрешкигаль знала имя Нуски и даже то, зачем он спустился в бездну… Точно! Эрешкигаль! У Нуски сразу же появилась еще одна догадка.

— Учитель, как выглядела Эрешкигаль при жизни?

— Она была на полголовы ниже меня. Очень худая, с острыми чертами лица, тонким носом и густыми бровями. У нее были рыжие волосы и яркие зеленые глаза.

Нуска тут же напрягся, сел и начал отстукивать ногой по полу.

— Эрешкигаль, которую я видел… выглядела совершенно не так. Но я уверен, что мы говорим об одном и том же человеке, она сразу же изменилась в лице, когда я назвал ваше имя. Вероятно… бездна меняет облик человека.

Нуска приложил руку к подбородку и задумался, уставившись в пол.

— Как выглядел Вьен? – навел его на следующую мысль Минхэ.

Нуска тут же отозвался, разводя руками:

— Точно так же, как и при жизни! Хотя… там было слишком темно. Даже если бы в его внешности что-то изменилось, я бы вряд ли так легко это обнаружил. Да и на его голове все время был капюшон, я в основном видел лишь его глаза и подбородок… Что думаете, Минхэ?

Учитель долго молчал, размышляя. Нуске еще не приходилось видеть на лице учителя настолько сложное выражение – казалось, он решал, кому из сотни умирающих первому подать руку помощи.

Затем он прикрыл глаза и со вздохом сказал:

— Если мы примем за истину обе высказанные идеи, то нам придется признать, что духи бездны тебя узнали, но лишь когда увидели твое лицо. Ранее они знали о существовании смертного по имени Нуска, но не соотносили его с обликом того, кого увидели в бездне. Следовательно, пускай в Скидане ты являешься Нуской, в бездне духи увидели в тебе кого-то иного.

— Но в отражении озера мое лицо было таким же… – пробормотал Нуска.

— Озера? – удивился Минхэ.

Нуска хлопнул себя по лицу, а затем сказал:

— Да! Я пересказал вам разговор с Ниназу, но совсем забыл про это вонючее озеро. Оно находится прямо в покоях Ниназу, его очень легко перепутать с зеркалом.

Минхэ покачал головой:

— Но я не видел в покоях Ниназу никакого озера или зеркала. И твой рассказ про него очень сильно отличается от моего опыта. Со мной Ниназу был очень добр. И история, которую он мне рассказал, была иной.

Нуска снова опустил взгляд в пол, его плечи потяжелели, а спина согнулась. Впервые с момента пробуждения он решился поделиться с учителем тем, что его беспокоило:

— Учитель… он и в самом деле меня узнал? И лицо Эрешкигаль, когда она увидела меня… Вдруг я совершил что-то очень плохое? Или совершу в будущем? После похода в бездну я… перестал доверять себе.

Нуска опустил голову и почувствовал, как защипало в уголках глаз.

Доверие к самому себе. Раньше Нуска был уверен, что никогда не совершит чего-то поистине ужасного, что для него жизни простых людей всегда будут иметь ценность, что он никогда не сможет безмолвно смотреть на страдания других.