Лекарь с синими волосами. Проклятие принца-дракона - Таня Драго Страница 136

Я погладила его по спине медленно, успокаивающе:

— И мне это нравится. Так что придётся смириться.

Релиан вздохнул, и я почувствовала, как руки медленно, неуверенно поднимаются и обхватывают меня, слабо, но это уже было начало.

Он уткнулся лбом мне в макушку, и голос дрогнул:

— Я не хочу, чтобы ты страдала из-за меня.

Я покачала головой:

— Тогда не умирай. Борись. Со мной рядом.

Пауза, долгая, тяжёлая, и потом Релиан тихо, почти беззвучно:

— Попробую.

Я не ушла. Плюнула на условности и этикет.

В середине дня приходила Нилли, что-то там говорила, принесла обед, и Релиан даже что-то поел, что, разумеется, тут же доложат королеве. Но взгляд все тот же, отрешенный.

Я спросила дракона, почему.

— Сокровище может исчезнуть. Сокровище говорило о любви, а потом рраз, и пропало. Мы не верим сокровищу.

А. Вот оно что.

— Мне нужно кое-что сказать.

Релиан сидел на подстилке неподвижно, не повернулся, продолжал смотреть в окно, только чуть наклонил голову, показывая, что слушает:

— Что?

Я сделала глубокий вдох, чувствуя, как сердце бьётся быстрее, как ладони вспотели, потому что говорить об этом было страшно, унизительно, но необходимо:

— Я не уезжала добровольно.

Релиан обернулся медленно, посмотрел на меня, и в глазах мелькнуло непонимание, потом настороженность:

— Что ты имеешь в виду?

Я протянула руки, показала запястья, где ещё виднелись бледные следы от пальцев, почти зажившие синяки, которые я старалась прятать под длинными рукавами, и голос мой был тихим, но твёрдым:

— Меня увезли насильно.

Релиан схватил мою руку, притянул ближе, рассматривал следы, и я видела, как лицо его темнеет, как в глазах вспыхивает что-то опасное, дикое, и голос прозвучал низко, с рычанием, которое шло от дракона:

— Кто посмел?

Я сглотнула, не отводя взгляда:

— Королевская стража. По приказу твоего отца.

Релиан сжал моё запястье бережно, как будто боялся причинить боль, но пальцы дрожали от ярости:

— Они сделали это? Оставили следы?

Я кивнула, и воспоминание нахлынуло ярко, живо — грубые руки, которые хватали меня, тащили к карете, как я пыталась вырваться:

— Это осталось после последнего побега из поместья… Было еще два до этого. Капитан извинялся, говорил, что ему очень жаль, но приказ есть приказ, и он не может ослушаться короля.

Релиан отпустил мою руку, встал резко, качнулся, и я увидела, как побелели костяшки пальцев, сжатых в кулаки:

— Я убью их. Каждого. Медленно.

Он сделал шаг к двери, и я вскочила, поймала его за локоть:

— Стой. Они не причинили мне настоящего вреда.

Релиан обернулся, и в глазах полыхал огонь:

— Они держали тебя силой! Оставили синяки на твоей коже!

Вот… Дракон! Яростный, живой дракон. Которого теперь сдержи попробуй.

— Сокровищу было больно. Сокровище пыталось вернуться.

Я крепче сжала его локоть, удерживая:

— Да. Но не избили, не оскорбили. Просто выполнили приказ, как солдаты, которым не дано выбора. Все хорошо, я тут.

Релиан сел тяжело, как будто ноги не держали, и прошептал хрипло, глядя в пол:

— Отец…

Он поднял голову, посмотрел на меня, и в глазах было такое смешение боли, гнева и непонимания, что я захотела обнять его и больше не отпускать:

— Он знал. О связи сокровища. Он знал, что я буду умирать без тебя. Валейр останется единственным наследником. А меня не жалко. О, боже.