Песнь сердца и пепла - Анастасия Левальд Страница 137

— Ты сам-то в это веришь? – улыбнулся Юфеймиос. – Авила с детства не проявляла никакого интереса ни к власти, ни к трону, ни тем более к проблемам мира. Она не видела того, что происходит за стенами дворца, сведуща она была лишь в книгах с фальшивой историей, написанной ее отцом. Она росла во лжи.

— Флавий умер, и ты начал говорить правду? – усмехнулся Тайро.

— Флавий умер, и я стал свободным. Я больше не обременен клятвой, – пожал плечами волшебник. – Авила не была наречена наследницей. Сейчас она не более чем представитель семьи Властителя. Мертвого Властителя. За ней либо пойдут, либо нет.

— Пойдут, – тихо проговорил Тайро и улыбнулся. – Уже идут.

— Обычные люди – это, конечно, хорошо. Но без голосов совета в столице ей не занять трон. А если магия со смертью Аксониса действительно исчезнет, то в троне не будет смысла. Аксохол перестанет существовать.

— Любите вы, люди, создавать себе проблемы, – засмеялся Тайро.

— Хочешь сказать, эти проблемы создали мы?

— Ну а кто? Вы уничтожили мой народ, вы привели мир к тому, что драконы мертвы, вы продолжали сеять хаос и разрушать…

— Твой брат разрушил это селение, смею напомнить.

— Им двигала месть, – спокойно ответил Тайро и проследил за тем, как Юфеймиос присел на землю. – Что двигало Флавием, когда он отдал приказ? Ты же был там в тот день. На собрании вашей верхушки, когда вы обсуждали план по уничтожению фойтийцев. В чем была причина? И как вы оправдываете то, что напали со спины, как шакалы?

— Изначально из-за мести, – пожал плечами волшебник. – Потом, когда твой отец стал вождем и начал подчинять себе земли Аксохола, не обращая внимания на Властителя, Флавий решил забрать у вас драконов и не отдавать, считая, что так вы останетесь под контролем короны.

— Месть за что? – прищурил глаза Тайро и повернулся к Юфеймиосу.

— Из-за твоего отца погибла сестра Флавия.

Повисло молчание. Юфеймиос не торопился продолжать, а Тайро ждал. Он сделал шаг ближе и присел рядом с волшебником на землю.

— Аргос изнасиловал ее. Потом выяснилось, что она беременна. Девушка умерла при родах, ребенок тоже не выжил. Я видел его. – Юфеймиос скривился. – Он напоминал человека без кожи, покрытого чешуей: голое мясо, из спины торчали пеньки крыльев, и его тело было невероятно горячим. Повитуха, которая взяла его в руки, обожглась. Шрамы она вылечить не смогла.

— Я не верю тебе, – тихо ответил Тайро.

— Скажи это похороненной принцессе, – усмехнулся волшебник.

Тайро развернулся к Авиле. Она сидела среди народа и внимательно слушала какого-то ребенка. Он увлеченно что-то рассказывал и отвлекался даже от еды, а его мама совала ему ложку с кашей в рот. Он быстро глотал, лишь бы продолжить говорить. Авила улыбалась и слушала. В груди вспыхнул страх, а вместе с ним и печаль. Он понял, что у них с Авилой нет будущего. Они слишком разные, не просто из разных народов – они из разных рас. Сомнения взяли верх, Тайро сглотнул тяжелый ком и покосился на Юфеймиоса. Тот улыбался.

— Что ты этим хочешь сказать? – спросил Тайро.

— Это ты задал вопрос, – Юфеймиос откашлялся, – но и так все понял.

— Ты говорил, что сейчас она лишь член правящей семьи, за которой либо последуют, либо нет, – вдруг сменил тему Тайро и волшебник, который собирался встать, остановился. – Ну а ты последуешь за ней?