Милость богов - Джеймс С. А. Кори Страница 138

Жалкий любитель.

Джессин нашла зарядную камеру. В ней были химический патрон и кусочек стали или шлака. Она вполне могла представить, как наводит оружие на Остенкура и оттягивает спусковой крючок. До чего же он удивится! Могла представить, как проделывает это, уперев ствол ему под подбородок, – вот только Джеллит огорчится.

И еще она с удивлением поняла, что ей не хочется этого делать.

— Какая у вас ко мне просьба?

— Мы можем изготовить кое-какие инструменты, а для широкого производства химикатов у нас нет условий, – объяснил Остенкур. – А у вас есть. Вы уже изготовили биологическое оружие и с успехом применили его. Изобретите что-нибудь для нас. То, что проймет этих сучьих карриксов. Пустит им кровь из носа, чтобы они дважды подумали, прежде чем снова связываться с людьми. – Он улыбнулся, широко и ласково. – Вы только сделайте, а уж мы найдем ему применение.

29

— Мы могли бы сделать это?

Тоннер открыл и закрыл рот. В голове – одно удивление. Его хватило только на короткий смешок, а дело было не смешным. Джессин с Синнией сидели напротив него, спиной к окну, так что он видел только силуэты. Джессин выглядела серьезной. Синния выглядела голодной. Тишина состояла из гула механизмов, пронизывавшего плоть тюремных стен, и дыхания несильного ветра за стеклом.

Остальные – Кампар, Дафид, Рикар, Илси – расселись кругом на крышках приборов или прислонялись к стене. Из новичков никого не было. Только семья, только свои – и Тоннер понятия не имел, что им сказать.

Вместо него заговорил Кампар.

— Как по мне, это не первостепенный вопрос. Думаю, начать стоит с того, почему мы вообще задумались об этом. Не поймите меня неправильно, мне по душе драматический флер, но речь-то идет о групповом самоубийстве.

— Речь о том, чтобы дать отпор, – сказала Синния.

Когда Тоннер попал в одну камеру с ними, Илси рассказала ему об Остенкуре и о том, как Синния с горя примкнула к бунтовщикам. Тогда это казалось не самым важным. Это осталось в прошлом – но вот оно продолжается. Прошлое вовсе не прошло.

— Не вижу разницы, – возразил Кампар. – Вы даете отпор, а на кону-то моя голова. Меня не купишь смертью, даже самой героической.

— Я согласна с Кампаром, – вступила Илси. – Все равно что очертя голову бросаться в то, к чему мы не готовы.

Рикар покачал головой и переступил с ноги на ногу.

— А можно ли подготовиться к такому? Дожидаться удобного, многообещающего случая для бунта – значит согласиться, что такова теперь наша жизнь. Что мы будем исполнять веления карриксов. Что это не на время. Что это не трудные дни, которые надо пережить.

С каждым словом у него все больше перехватывало голос. Тоннер чувствовал, как напрягается заодно с ним.

— Если не придираться к словам и мелочам, – продолжал Рикар, – Джессин спрашивает, покорны ли мы как слуги.

— Если не вступить в бой сейчас, – сказала Синния, – когда вы будете готовы начать?

— Когда появится хоть зыбкая надежда на успех? – предположил Кампар. – Когда станет понятно, что это не впустую? Я подберу и другие синонимы, но, по-моему, суть ясна и так. А вам нет?

— Эй, эй, эй! – заговорил Тоннер, вставая на ноги, – так резко, что все обернулись к нему. Он бросил взгляд на Дафида, но молодой человек замкнулся в себе, обдумывая, наблюдая и не высказывая своих соображений. Тоннер поднял бровь. «Ты согласишься на такое?» Дафид будто не заметил вопроса.