Пленница аскадцев. Цена свободы - Алена Бондар,Карина Рин Страница 139

— Мирана, — окликает меня удивлённо Касар.

Ладно, побережём вашу гордость, воины. Поворачиваюсь к мужчинам лицом и уверенным тоном заявляю:

— Я не голодна, поехали. Мы ведь спешим, — с нажимом заканчиваю.

— С чего вдруг? — спрашивает Эйрик, подходя ко мне.

И помимо того, что он «красавчик» с конкретными фингалами на лице и с содранными костяшками, ещё же есть бок. И это я не рассмотрела, насколько досталось Касару — он попросту умотал меня, чтобы я не проверяла.

— Вот поэтому, — тихо шепчу.

И легонько бью его в больной бок, и он морщится сразу же, хотя я уверена, что кто-кто, а Эйрик бы не показал мне слабость свою.

— Поправимо, — цедит сквозь зубы.

— Вот именно… — с нажимом произношу в ответ. — И Касар мне рассказал, как… поэтому поехали.

Больше не жду ни вопросов, ни отмазок. Я готова передумать в любой момент, потому что скоро захочется есть, а у нас даже перекуса нет, так что лучше меня не тормозить. Дальше мы едем в тишине, и когда уже солнце начинает клониться к закату, мужчины останавливаются.

— Мы скоро, — всё, что говорит Касар, спешившись и привязав своего коня.

Эйрик следует его примеру. И мужчины, немного отойдя, перевоплощаются в животных. И вот я готова поклясться, что они показывают себя с самых сильных, выигрышных сторон, ведь они не уходят.

Волк Эйрика точит когти о кору и рычит, демонстрируя, скорее всего, что всё здесь принадлежит ему. А медведь Касара встаёт на задние лапы и… ну кто бы сомневался — занимается тем же, расправляя плечи, будто тоже метит территорию и заявляет о себе.

А я смотрю на этот детский сад и не знаю, как их поторопить.

— Может, вы погуляете? — спрашиваю, улыбаясь.

И почему-то на меня резко поворачиваются две морды. И взгляды у животных такие внимательные, цепкие, что я начинаю подозревать неладное. Моя лошадь топчется на месте, и ей тоже становится некомфортно, она нервно перебирает копытами, чувствуя напряжение.

— Вы чего? — спрашиваю прямо.

Но они ведь уже в облике зверей и ответить не могут. А вот окружить меня — запросто. И лошадь начинает нервничать ещё больше, вскидывая голову, ведь вокруг неё кружат хищники.

— Не знаю, чего вы добиваетесь, но лошадь пугать не стоит, — предупреждаю их.

Но кто бы меня ещё послушал. Эйрик тихо рычит, и лошадь фыркает, а потом начинает беспокойно крутить мордой. Так, всё, лучше я спущусь, а то меня могут скинуть. Спешиваюсь и привязываю её к дереву.

— И как это понимать? — строго спрашиваю, не ожидая подлости от Эйрика.

Точнее, от него-то ожидаю… а вот от его волка — нет. Но он толкает меня в ноги, и я теряю равновесие, практически падая прямо на медведя, который очень вовремя поднырнул под меня, подхватывая тяжёлым, тёплым телом. Вот только со спины, а не лапами.

И начинается, похоже, самая важная реализация их подлости, потому что только сейчас медведь начинает убегать в лес, мощно отталкиваясь лапами, унося меня с собой.

— Касар, а лошади? — спрашиваю, удобнее устраиваясь и вцепляясь пальцами в густую шерсть.

Касар только фыркает, и я, конечно же, ничего не понимаю.

— Эйрик, те волки могут вас отслеживать или ещё чего, и долго лошадей нельзя оставлять одних, — пытаюсь достучаться до второго мужчины.

Волк переводит на меня серьёзный взгляд и даже не фыркает. Он просто устремляется вперёд, убегая.