Новая фантастика 2026. Антология №10 - Сергей Лукьяненко,Екатерина Пронина,Дарина Стрельченко,Мара Гааг,Мария Соловьева,Мирон Высота,Юрий Ляшов,Борис Крамар,Ася Виленица,Дмитрий Швецов,Ника Созонова,Евгений Паули,Антон Ищенко,Олег Ткаченко,Роман Борисевич Страница 140

Возвращаться домой не хотелось, но нужно было отдохнуть. Уже в дороге софист в нетерпении потягивал собственных идэсов за спинки, готовясь оторвать их на ночь. Ему нравилось чувство освобождения. Одна за другой идеи, что формировали его днем, растворялись в серости. «Защитник», «власть закона», «благородство», «храбрость». Осталось только кипение скептоса, но без выделений жуков он атаковал сам себя.

Сладкое сомнение в мире, его материальности, самой его сущности, плавно поднялось из глубин сознания, и все, что осталось Дже-Куулу – заученно вымыть вспотевшее за день тело, влить в себя бутылек питательной смеси и лечь в кровать.

Единственным неоспоримым фактом осталась боль от незаживающих ранок на месте идэсов: две на груди, две на ребрах. Этот факт опровергнуть невозможно, и Дже-Куул наслаждался им, соскальзывая в тьму. Если бы он верил, если бы не снимал идэсы, то в это мгновение он бы наверняка молился, чтобы ему не приснился Сон. И каждый раз, когда ему снится Сон, единственный идэс, который не хранится в специальном аквариуме на тумбочке, а вынесен в отдельное стеклянное царство напротив кровати, начинает тыкаться в стенки своей тюрьмы, будто чувствуя переживания носителя. «Семья». Единственный идэс, который он не снимал даже на ночь. Наверняка он стал бы убэдесом. Но трагическая случайность оборвала эту возможность. И многие другие.

Теперь в жизни Дже-Куула были только Агентство и его работа.

* * *

Утренний брифинг Дже-Куул мог бы пропустить, но вместо этого повесил на положенные места идэсы, натянул сверху синт-майку, надел свитер и толстые брюки, зашнуровал ботинки – и все это под мягко наплывающие идеи, формирующие личность агента. Воспоминание о Сенсусе-Ро, едва касавшееся его сознания десять минут назад, вспыхнуло свежими искрами. Софист злился.

— В округе десять ячеек идэнистов. Все взяты под особый контроль Агентства. Ни в одной из них не слышали о Наставнике.

Выведенная на экран карта с ареалом обитания ячеек идэнистов потухла, сменившись фотографией Сенсуса-Ро. Парень на ней неловко улыбался, будто его застали врасплох. Дже-Куул скользнул взглядом по знакомым чертам, наложил сверху то, что увидел на месте преступления и у патологоанатома. Спереди на шее, как принято у молодежи, висели два идэса. Полусферы отражали свет, так что на фото казалось, что у юноши есть вторая пара вытянутых фасеточных глаз под подбородком.

— Агент Ро тоже не упоминал Наставника в отчетах. Учитывая вчерашние показания, можем уверенно сделать вывод, что он попал под влияние философа.

— Почему так поздно заметили? – спросила крепкосбитая женщина с невероятно красивыми, длинными волосами. На ней они выглядели как парик. Геката-Дар умела произвести неправильное впечатление, и новички отдела часто обжигались, подшучивая над ней за спиной. Рано или поздно Геката узнавала имена комедиантов и отделывала их так, что они пару дней не смели слова сказать. Даже за дверью своего отдела. Дже-Куул и сам попался в первый год службы. Дело чуть не дошло до диспута с Гекатой. Благо, вовремя вмешался начальник.

— Потому что Агент Ро не носил бритву ОКМ и считал неэтичным отсечение идэсов даже в случае возникновения опасности.

Агенты захмыкали, переглядываясь. Все знали, что радикальный идэс в комплекте с человеком мог стать источником большой беды. Иногда только бритва сохраняла жизнь не только агенту, но и многим потенциальным жертвам. Правда, всегда была альтернатива – уничтожение носителя. Отсечение куда гуманнее. Но не для идэнистов. Они верили, что жуки обладают сознанием, непонятным человеку, а значит, их отсечение – все равно что убийство. Движение никогда не было особенно популярным, но иногда создавало проблемы. Одно время его даже хотели запретить, но остановились на мягком контроле. А стоило обратить больше внимания…