Незримая схватка - Эльхан Аскеров Страница 142

— Ништо, Егорка. Минует, – понимающе усмехнулся дядя. – Я вот тоже думал, что после Елены на иных женщин и смотреть не смогу. Ан нет. Как говорится, седина в бороду, бес в ребро.

— Неужто влюбились? – не удержавшись, поддел его парень.

— Ну, влюбиться, не влюбился, а вот с женщиной хорошей знакомство завёл.

— Надеюсь, хоть у неё дочери не имеется, – вздохнул Егор. – Мне в той истории Наталью более всех жалко.

— Вдова. Бездетна, богата и собой хороша, – коротко охарактеризовал Игнат Иванович свою избранницу. – А главное, по возрасту не шибко меня младше. На пять лет всего.

— И с чего живёт? – заинтересовался Егор.

— От мужа ей имение под Петербургом досталось. Вот она его и продала, а деньги все в банк положила. С тех процентов и живёт. Благо, помимо имения, у них ещё и дом в столице имелся. Она имение продала, а сама в том доме со слугами и проживает. Усадьба на речке Оккервиль стоит, – выдал дядя почти полный расклад.

— Усадьба, это хорошо, – одобрительно кивнул парень.

— К слову сказать, это ведь из-за тебя мы и познакомились, – вдруг ехидно усмехнулся Игнат Иванович.

— Из-за меня? – растерялся Егор. – Вот уж где меня точно не было, – тут же ушёл он в глухой отказ.

— Нас на приёме познакомили, а когда разговор про твои дуэли зашёл, тот знакомец мой, что меня представил, и поведал Глаше, что бретёр тот мой единокровный племянник, – продолжал веселиться дядя.

«Ага, она уже Глаша, – усмехнулся Егор про себя. – Похоже, дело дошло до горизонтальных развлечений. Ну, да и хорошо. Дядя мужчина крепкий, ещё в силе, а ласковая женщина прекрасный антидепрессант. С его работой это, пожалуй, даже необходимо».

— Чего молчишь-то, Егорка? – выдернул парня из размышлений вопрос дяди.

— А что тут скажешь? – развёл он руками. – Сложится – и слава богу.

* * *

На охоту с дядей они выбрались. Только не на волков, а на кабана. Стадо в очередной раз набралось наглости и подошло к самой деревне, пытаясь добраться до сеновалов и амбаров, где хранилось зерно. Так что охота получилась серьёзная. Отдав добычу крестьянам, они устроили дома небольшой праздник, радуясь удачному полю, а утром от жандармов прибыл очередной посыльный с бумагами для перевода.

Игнат Иванович, узнав ротмистра, оставил племянника заниматься делом, а сам отправился прокатиться по имению. Переведя документы, Егор уже собрался попрощаться с офицером, когда тот вдруг, словно невзначай, поинтересовался:

— Егор Матвеич, а дядюшка ваш надолго ль приехали?

— Отпуск ему на три недели выписали. Так что время ещё есть. А с чего вдруг такой интерес? – насторожился парень.

— Полковник велел сказать, что нам в управу из столицы циркуляр пришёл, за дядюшкой вашим особо присматривать. Вот теперь и думаем, как это лучше сделать, – тихо ответил ротмистр.

— А чего мудрить? – не понял Егор. – В имении ему ничего не угрожает, а вот ежели он в город соберётся, то те филеры, что за мной смотрят, пусть за ним и едут. Всё одно мы или вместе, или по одному выезжать станем. В том смысле, что или он поедет, или я. Нечего людей от дела отрывать. Впрочем, ежели мы вместе будем, так тут и казаков хватит, – быстро предложил он, попутно проигрывая про себя варианты решения проблемы с князем Растопчиным.

— Вот того полковник и боится, – вздохнул ротмистр. – После вас и допросить некого будет. Вы ж с вашими казаками края не знаете. Как начнёте палить, так всех наповал кладёте.