Бусина из муранского стекла - Анна Боронина Страница 144

— Ты был там, Джованни! Ты видел отца, когда он отказался от меня!

— Глупости! Он все уладил с Советом и вовсе не желал тебе зла!

— Он закрыл меня в темнице!

— Плохо закрыл! Ты сбежала, нарушив его волю, плюнув на родных и честь семьи.

— Так я должна была ждать, пока отец решит меня сжечь? Серьезно, Джованни? Ты бы тоже сидел и не пытался бы спастись?

— Я – маг огня, а не артефактор!

Лучиана отшатнулась от брата, и Джованни, поняв, что сказал лишнего, попробовал было притянуть ее в объятия, но она сбросила его руки.

— Извини, Лучик. Я не хотел тебя обидеть. Просто… нам всем было бы проще, если бы ты не сбежала.

— Если бы я не была артефактором, – горько усмехнулась Лучиана, обхватывая себя руками, весь ее запал прошел, снова зазнобило и накатывала слабость. – Я всегда думала, что Джаккомо больше похож на отца. Я ошибалась.

Джованни промолчал. Качнулся было, словно хотел дотронуться, но остался на месте, не решаясь приблизиться.

— Я вернусь после обеда, и мы поговорим, – проговорил он наконец. – Теперь все образуется. Хорошо, что этот художник встретил тебя и нарисовал. Иначе мы бы тебя не нашли так быстро.

— Миккеле? – Лучиана, которая все это время бездумно смотрела, как преломляется солнечный свет на мелких стеклышках окна, обернулась. – Откуда ты знаешь?

— Он нарисовал тебя в образе стихии огня в Соборе Стихий. Все были… удивлены.

Лучиана вдохнула прерывисто, невольно прижимая руки груди. Стихии и правда смеются над ней. Дают надежду и снова ее отбирают.

Ей было так страшно в тот день, когда к ней пристали подмастерья. Миккеле казался спасением, а потом было так приятно почувствовать его искреннее восхищение. И она его знала! Пусть по разговорам, но он словно бы стал ниточкой между ее прошлым и тем, кем она стала после побега. Тогда ей казалось, что она вернулась в дни, когда все было хорошо, она была дома, уважаемой и нужной дочерью Верховного мага. Если бы она только знала! И почему она тогда не подумала, что в Риме ее образ может увидеть отец? Да кто угодно из семьи или знакомых?

Она спрятала лицо в ладонях и опустилась в кресло, потому что перед глазами все поплыло от слез.

— Отдыхай. – Голос Джованни звучал как сквозь толщу воды. – Я приду после обеда. Ты можешь сердиться и не понимать, что и отец, и я, вся наша семья заботимся о тебе, но я правда рад, что с тобой все в порядке.

Лучиана ничего не ответила и отняла руки от лица только, когда услышала, как закрылась дверь. Она посидела еще немного, прислушиваясь и стараясь не расплакаться, а потом вскочила и бросилась к двери.

Бежать! Сейчас же бежать! Она найдет синьору Боргини, и та укроет ее в приюте. Она справится, будет изучать магию, работать артефактором. Да лучше она выгорит и умрет, чем вернется в Рим.

А еще синьора Боргини передаст весточку Чезаре. Он все поймет и поможет ей. И может быть, как и говорил Джаккомо, женится на ней. Он ей нравился, и она ему, кажется, тоже. Чезаре защитит ее ото всех, и с ним она может быть собой. Артефактором. Любимой женщиной.

А если и не женится, то она справится сама. У нее есть ее магия. Синьор Пиччини, конечно, не лучший работодатель, но она будет внимательна и не выгорит. Она справится, как справлялась до сих пор!

Лучиана решительно толкнула дверь, но та не подалась. Она толкнула еще раз, навалившись всем весом. И поняла, что Джованни ее запер.