Моровое поветрие - Рита Хоффман Страница 144

Хотелось ей спросить: «Ты правда не оставишь меня?», «Что твое сердце говорит?», «Почему ты меня выбрал?» – но ответы на эти вопросы читала Ярина во взгляде, устремленном на нее. Казалось, Станислав не видел никого, только ее, будто не было в Яви человека важнее.

— А бывший царевич, похоже, невесту выбрал! – выкрикнул кто-то.

Наваждение разрушилось, вновь Ярина услышала песни и гусли, люди принялись Станислава по плечам хлопать и поздравлять. Тот смущенно потупил взгляд, отмахивался, но видно было, что ему приятно.

— Авось и на свадьбе погуляем! Как удачно я приехал!

Ярина повернулась на голос, увидела довольно улыбающегося бородатого охотника – и так ей горько стало! Ведь вскоре его сын умрет, и это она принесла горе незнакомому человеку. Разве они это заслужили? Разве она имела право чужую жизнь отнимать?

Сейчас, стоя у костра в окружении добрых людей, Ярина с ужасом вспоминала о времени, проведенном в доме ведьм. И как ее угораздило с ними связаться? Почему она не убежала, когда увидела, что они творят? Будто заворожили ее.

— Нужно найти Вереска! – твердо сказала Ярина, уводя Станислава от толпы.

— А я только обрадовался, что он исчез, – проворчал Станислав.

— Не время о ваших глупых склоках думать, я хочу исправить то, что натворила.

— Ты о сердце?

— О нем самом. Вереск бабкину книгу забрал, мне нужно ее прочитать. Вдруг есть способ вернуть Владлену то, что я отняла?

— Добрая ты. – Станислав остановился, потянул ее за руку и привлек к себе. – Это мне в тебе и нравится.

Их губы встретились, поцелуй показался Ярине сладким, как ивовый мед. Большая ладонь Станислава легла на затылок, пальцы зарылись в волосы, по шее побежали мурашки, а тело охватила истома.

— Извини, – выдохнул он. – Я должен был позволения спросить.

Ярина не ответила, не захотела портить чарующий миг. Провела пальцами по его щеке, развернулась и потянула его за собой.

Глава 21. Лука

До гор они добрались к середине дня. Волкодлаки сами не свои стали: переругивались, рычали, чесались, словно шелудивые псы. Лука не чувствовал ничего подобного, потому старался помалкивать, чтобы не злить остальных.

Нариман привел стаю к надежно укрытой пещере, вместе с другими мужчинами расчистил вход, а после женщины стали вносить внутрь шкуры и поклажу. Кто-то споро развел костер, Ораз занялся мясом, Лука же сел на землю неподалеку и наблюдал за размеренными приготовлениями волкодлаков к грядущей ночи.

— Умаялся?

Даная села рядом, вытянула ноги и устало вздохнула.

— Я ничего не делал. – Лука пожал плечами.

— Берегут тебя. С гостями принято обращаться внимательно и уважительно.

— А я уж подумал, что мне не доверяют.

— Некоторые. Но главное, что Нариман тебя принял, остальные не посмеют против него выступить.

— Братья, которые ему бросили вызов, иного мнения.

— Они посрамлены, – жестко сказала Даная. – Лишиться чести для волкодлака – одно из худших наказаний. Но они сами виноваты.

— Дети тоже обращаются? – Лука указал на чумазую малышню, рассевшуюся у костра.

— Эта ночь первой ни для кого не станет, а вот к зиме двое достигнут возраста.

— И вы оставите их без присмотра? Пока сами рыскать по земле будете?

— Мы их не тронем, даже в облике зверя волкодлаки своих детенышей не обидят. Уложим их спать, сами поднимемся на гору, а к утру уже сбросим шкуры. Мы много раз так делали, бояться нечего.