Злодейка желает искупления - Татьяна Антоник,Аника Град Страница 145

Яо Вэймин выслушал меня и помрачнел.

— Я прощаю ваше недоверие, но... — он глубоко вздохнул, — мои цели были куда проще, госпожа Шэнь. Вы можете обвинять меня во всех грехах, но на самом деле я просто запомнил, с какой заботой вы отнеслись к Юнлуну в дни отбора невесты. С добротой, которой он почти лишен. Ему скучно в стенах дворца, он не видел мира. А у вас... — он обвел взглядом комнату, — здесь есть кусочек этого мира. Кроме того, у вас, как я уже заметил, достаточно своих секретов. А раз вы умеете их хранить, значит, мне можно доверить вам еще один. Если вы боитесь, что вас накажут, будьте спокойны. Я предупредил императора о нашей вылазке, не тревожьтесь — его не хватятся. А у Юнлуна... у Юнлуна останутся воспоминания о дне, когда он был просто мальчиком.

На этот раз его речь обезоружила меня. Это было так неожиданно и... по-человечески. Не инспекция, не угроза, а странная, тревожная демонстрация доверия. К кому? Ко мне?

В отличие от Яо Веймина, я не умела признавать поражение и не умела приносить извинения. И не стала этого делать сегодня. Зато ловко сменила тему и обсудила с генералом его видение о торговле с Шань и Чжоу. Мысли Яо были остры, а идеи находчивы. Я многое подчерпнула из общения с ним.

Через несколько часов, когда было выпито бесконечное количество чашек чая, когда сгорело бесконечное количество палочек с благовониями, мы вышли и прошлись мимо комнаты отдыха.

Картина, которая предстала перед нами, заставила меня в очередной раз улыбнуться. Юнлун, он же «Чжан Мин», сидел на циновке, его щеки были измазаны чем-то сладким, а на коленях у него лежала горсть фиников и кунжутных лепешек. Его окружали женщины моей лавки, которые наперебой угощали его и своих детей сладостями. Их лица светились материнской нежностью.

— Госпожа, какой у вас славный племянник! — обратилась ко мне одна из старших вышивальщиц. — Такой воспитанный и вежливый! Обязательно привозите его еще!

Отчего-то все решили, что мальчик приходится мне племянником.

Юнлун сиял, кивая и жуя финик. Он ловил каждый взгляд Яо Вэймина, ища одобрения, и генерал отвечал ему почти незаметным кивком.

Пора было возвращаться. Дорога в повозке прошла в молчании, но на сей раз оно не было напряженным. Юнлун дремал, утомленный игрой и впечатлениями, положив голову на колени Яо Вэймину.

Когда мы подъехали к моему поместью, Яо Вэймин разбудил мальчика. Тот, еще не до конца проснувшись, выпрыгнул из повозки и, прежде чем я поняла, что происходит, он обнял меня за талию.

— Спасибо, госпожа Шэнь Улан, — прошептал Юнлун сонно. — Мне очень понравилось.

Сердце мое сжалось. Это было так знакомо, так больно и так сладко одновременно. Я едва сдержалась, чтобы не обнять его в ответ и не погладить по волосам. Я лишь легонько коснулась его спины.

— Всегда пожалуйста, мой племянник Чжан Мин. Всегда приходи ко мне, едва появится капля времени.

Он отпустил меня и позволил Кэ Дашену помочь себе забраться в повозку. Яо Вэймин смотрел на меня через плечо мальчика, и в его глазах я прочла что-то сложное, что-то, что не поддавалось моему разуму.

* * *

Лихорадочный стук в дверь вырвал меня из беспокойного, поверхностного сна, в который я погрузилась всего пару часов назад. Сердце тут же забилось тревожной дробью, предчувствуя беду.