Сотня: Казачий крест. Смутное время. Забытый поход - Эльхан Аскеров Страница 145

— А правда, Матвей, куда тебе орехов столько? – не унималась девка.

— А люблю я орех жареный. Его с солью обжаришь, вот и закуска толковая к пиву. Или с сахаром можно, тогда к чаю будет, – пряча усмешку, коротко пояснил Матвей.

— Это как, с солью? – тут же насторожились девчонки.

Да и Настасья одарила сына явно удивлённым взглядом. Судя по нему, эти рецепты ей были неизвестны. Сообразив, что снова чуть себя не выдал, парень мысленно выругался и, вздохнув, добавил:

— На ярмарке в лавке такое брал на пробу. Ежели орех добрый, то и вправду вкусно. Потому и буду теперь его весь вечер лущить, чтобы хорошее ядро отобрать.

— Выходит, и завтра сюда поедешь? – не унимались девки.

— Обязательно, – решительно кивнул Матвей.

Настасья в ответ на это заявление только стоически вздохнула и, потерев поясницу, негромко проворчала:

— Где б ещё здоровья взять, чтобы каждый божий день по лесам лазать?

— Не ворчи, мать. Зимой ещё рада будешь, что у нас такие вкусности в доме есть, – усмехнулся Матвей в ответ. – А с ягоды ещё и наливку сделаем.

— Ты и это умеешь? – дружно охнули девчонки.

— Я много чего умею, – пожал парень плечами, вглядываясь куда-то в степь.

— Ты чего, Матвейка? – тут же отреагировала Настасья.

— Скачет кто-то. Мать, вожжи возьми, – скомандовал Матвей, спрыгивая с телеги и подхватывая из-под соломы карабин. – А вы, болтушки, в телегу покрепче сядьте.

— Ты чего всполошился? Он же один, – фыркнула бывшая невеста, но команду выполнила.

— Это сейчас мы одного видим. Могли и засаду устроить, – буркнул Матвей, проклиная местную промышленность и невозможность приобрести нормальную оптику.

Ту, что он с грехом пополам добыл на ярмарке, толковой назвать было сложно. К тому же в лесу она считай и не нужна. Там расстояния боя короткие, а вот в степи была бы в самый раз. Но чтобы не пугать лишний раз мать, ни бинокль, ни подзорную трубу он брать не стал. Переделать её в прицел у него ещё руки не дошли. Всмотревшись в подъезжающего всадника, парень положил карабин поперёк груди и, вздохнув, негромко сообщил:

— Из наших кто-то. В черкеске.

Подъехавший к ним казак и вправду оказался станичником. Ехал посыльным от разъезда. Узнав путников, казак одобрительно усмехнулся, заметив оружие в руках парня, и, поздоровавшись, быстро рассказал:

— В степи ногайцев видели. Так что погоняй коня, парень. Не приведи бог, налетят. Не отобьёшься.

— Много их? – быстро уточнил Матвей.

— Два десятка видели.

— Благодарствую, сосед, – кивнул парень, запрыгивая на телегу и встряхивая поводьями.

Казак, дав коню шенкелей, помчался дальше, и Матвей, оглянувшись через плечо, велел:

— Девки, в степь поглядывайте, и как кого приметите, мне говорите.

— И чего ты один делать станешь? – снова поддела его бывшая невеста.

— Что-нибудь да сделаю, – зло усмехнулся Матвей, снова погоняя коня.

До станицы они добрались без приключений. Высадив попутчиц, Матвей загнал телегу во двор и занялся конём и грузом. Настасья, пробежавшись по хозяйству, вышла во двор и, пройдя в сарай, где парень лущил орехи, спросила, устало присаживаясь на старый табурет:

— Может, не поедем завтра? Сам слышал, степняки рядом. Так и до беды не далеко.

— Надо, мама, – вздохнул Матвей. – Чует моё сердце, скоро с урожаями плохо будет. Так пусть хоть какая еда в доме имеется. Сама видишь, я стараюсь брать то, что долго лежать может.