Академия повелителей - Ксения Кис Страница 146

И Кайлан первым направился к выходу.

Всю дорогу до академии мы молчали, хотя я не чувствовала себя виноватой. Я не считала, что кого-то обвинила. Кайлан сам все додумал и обиделся. Хотя глупо было скрывать, что он почти озвучил мои мысли, ну а что мне еще было думать?

Еще в карете Кайлан заявил, что проведет вечер с ребятами, однако его планам не суждено было сбыться. У комнаты нас ожидали жандармы.

Оказывается, меня не имели права допрашивать без присутствия моего дракона. Но сейчас жандармам ничего не мешало исполнить свою непосредственную работу.

Нас повели в один из дальних преподавательских кабинетов. Казалось, я должна была радоваться, что сейчас смогу рассказать правду и помочь следствию, но меня раньше никогда не допрашивали. Даже когда с сестрой случилась беда, никто ничего толком не расследовал. Поэтому я боялась. Очень боялась.

Кайлан тоже был напряжен, и я даже догадывалась почему: мне предстояло продумывать каждое слово. Любая неправильная фраза могла сыграть против нас, ведь мы сейчас играли против кого-то очень серьезного.

Жандармы были молчаливы и суровы, их лица не выражали ни сочувствия, ни враждебности – только усталую решимость людей, привыкших к неприятным обязанностям. Один из них коротко кивнул и жестом пригласил нас следовать за ним. Я почувствовала, как ладонь Кайлана чуть дрогнула – он едва заметно сжал мои пальцы, будто хотел передать хоть каплю уверенности.

Когда мы наконец вошли в нужный кабинет, воздух внутри был тяжелым и неподвижным. За столом сидел следователь – дракон средних лет с бледным лицом и холодными глазами. За его спиной молчаливой тенью стоял его фамильяр.

Следователь не улыбался, не здоровался, только жестом пригласил меня сесть напротив. Для Кайлана же было подготовлено удобное место у окна, и ему следователь, конечно, поклонился.

Я вдруг поняла, что, даже если скажу правду – никто не гарантирует, что мне поверят. Сейчас я даже не понимала, зависело ли что-то от моих слов.

Я украдкой взглянула на Кайлана: он был собран и серьезен, а его взгляд был устремлен прямо на следователя. Интересно, а самого Кайлана уже допрашивали?

— Начнем, – произнес следователь ровным голосом.

Я посмотрела на Кайлана, и тот кивнул. Что ж… Я глубоко вдохнула. Сейчас каждое слово – это шаг по тонкому льду, поэтому надо быть осторожной. Только факты, никаких голословных обвинений.

— С чего мне начать? – тихо спросила я, не ожидая, что мое горло так пересохло.

— Я предпочитаю начинать с конца. Расскажите мне про пожар. Как вы оказались в библиотеке и что там произошло?

Я послушно ответила на вопрос, стараясь не упустить никаких деталей.

— Бывали ли такие наказания раньше?

— Именно таких нет.

— А другие?

Я припомнила все, что для меня придумывала Ванесса. Следователь тщательно записывал, периодически бросая взгляды на Кайлана.

— Есть ли у вас еще что-нибудь, что бы вы хотели рассказать?

Бассейн. Смерть Лейлы. Сережки. Я почему-то решила рассказать следователю, что у меня пропали дешевые и не представляющие никакой материальной ценности сережки.

— Это все? – И следователь пронзил меня ледяным взглядом, от которого я поежилась и еще сильнее вцепилась в стул, хотя казалось, что сильнее уже было некуда.

— Да.

— Господин де Рошхасс, подпишите показания? – обратился следователь к Кайлану. Точно, я же не имею права подписи. Да я вообще никакого права не имею…