Леди пепла - Мелисса Рёрих Страница 147

При этих словах Скарлетт резко села, сбросив с себя его руку, и Сорин повернул голову, чтобы встретить ее взгляд.

— Ты блокируешь меня?

На его шее забилась жилка, и он прижал язык к внутренней стороне щеки.

— В какой-то степени да, – наконец признал он.

— Каким образом? – требовательно воскликнула она.

— В юности фейри учат возводить ментальные щиты, главным образом, чтобы защититься от приворота, но и от других напастей тоже. Я бы научил тебя этому, но из-за всего случившегося не нашлось времени, – сказал он.

— Ты проклинал меня за то, что я заблокировала нашу связь, а сам, выходит, поступил точно так же? – спросила она, стараясь не повышать голос.

В мгновение ока черты Сорина исказились от гнева, оттолкнувшись, он сел на постели и приблизил свое лицо к ее.

— Это даже близко не то же самое, Скарлетт. Ты можешь чувствовать меня и мое физическое присутствие. Ты найдешь меня, если я попаду в плен, – прорычал он. – Это не то, что можно блокировать ментальным щитом или любым другим видом щита, если уж на то пошло. Прежде я считал, что связь близнецового пламени нельзя пресечь, но ты доказала, что я ошибался.

Скарлетт потянулась к лежащему на краю кровати одеялу и, накинув себе на плечи, плотно в него завернулась, пытаясь согреться, однако по коже все равно бегали мурашки. Она почувствовала, что Сорин тоже старается влить в нее немного тепла, но отпрянула, велев своим теням наброситься на его магию и не дать к ней прикасаться. Он ничего не сказал в ответ на столь очевидный отказ, предоставив ей самой во всем разбираться, как делал всегда.

— К чему мы пришли? – наконец спросила она, не в силах заставить себя встретиться с ним взглядом.

Однако Сорин принудил ее, взяв пальцами за подбородок и подняв ее голову.

— Я твой, а ты моя, Скарлетт Семирия. Это не изменилось.

— Ощущение такое, что изменилось все, – возразила она.

— Ты не та, что была прежде, – ответил он. – И я тоже.

— Что же нам в таком случае делать?

— Никто не обещал, что будет легко. Это не тот выбор, который делаешь лишь однажды. Это выбор, который мы должны делать каждый день. Снова и снова. Даже в тяжелые дни. Даже тогда, когда хотим задушить друг друга.

— Не представляю, что еще мне сказать или сделать, Сорин, – вздохнула Скарлетт, утирая одинокую слезу.

— На это потребуется время, милая, – мягко ответил он, положив руку ей на колено. – Ты ведь тоже не сразу начала доверять мне снова, не так ли? – Она натужно сглотнула, и Сорин отпустил ее подбородок. – Давай отдохнем, Скарлетт. Прими ванну, если хочешь. Разговор не окончен. Тебе по-прежнему нужно многое объяснить, но сейчас просто… отдохни.

Она кивнула, однако не двинулась с места, пока Сорин вставал с кровати и натягивал штаны. Склонившись над ней, он прижал ладонь к ее щеке и чмокнул в макушку, прежде чем выйти из комнаты. Сидя в одиночестве, прикрывая наготу одеялом, Скарлетт вдруг вспомнила слова Аларика: «Меня забавляет, что ты сделала это, не ведая, какую цену придется заплатить».

По ее щекам вновь заструились слезы.

Она не знала.

Она правда не знала, какова будет цена.

А ведь Аларик именно этому ее и обучал – никому не доверять, полагаться только на себя, делать все самостоятельно, брать все в свои руки. На подсознательном уровне он приучал ее полагаться на него. Обеспечивал ее едой, кровом, тренировал, дал ей семью. Верно говорят, что от старых привычек нелегко избавиться. В конце концов Аларик победил. Да, физически она от него освободилась. Сорин и его Двор пришли за ней и успешно забрали из Братства. Но Аларик все равно одержал верх. Ее отношения с мужем разрушены. Кассиус до сих пор не очнулся. Сайрус в ней разочаровался. Предположительно, Элиза, Рейнер, Брайар и остальные тоже. Талвин была права – она не до конца понимала происходящее.