Быль или небыль - Рита Хоффман Страница 15

Дальше Дарий почти не слушал – каждый раз одни и те же истории. Кто-то помер, кто-то сказал, что видел какую-то странную тварь, потом еще кто-то помер, и единственный писарь в селе тут же начинает писать слезливую грамоту охотникам.

«Неужели Светозарные только этим и занимались? Всю жизнь в пути, ни дома, ни надежды на будущее…» – думал Дарий, медленно разглядывая соседние дворы.

Сам-то он думал, что будет служить новому Богу, а там и главным в приюте станет. Вот только Бог для него даже Святого Пламени пожалел в час нужды, так что планы на жизнь резко поменялись. На смерть, если говорить совсем уж прямо.

Не таким он видел посмертие. Вернее, вовсе не думал о нем. А кто думает? Он же только-только повзрослел, оперился, почувствовал силу в руках и власть над собственной жизнью. А она взяла и оборвалась. Еще и так глупо.

Дарий смотрел на затылок Варны и сам не заметил, как до скрипа стиснул зубы. Пальцы сжали косовище, цепь жалобно звякнула. Убить ее – и все закончится. Не будет ни жажды, ни злости, вскипающей в холодной груди, только… Только Зверь, прибравший к лапам ее душу. Только вечная боль для нее.

Из раздумий его вырвало жалобное ржание. Дарий обернулся и успел разглядеть в клубах пыли скачущую прочь лошадь и прижимающихся к забору бабу и девчонку.

— Зараза!..

Выскочив со двора, Варна, казалось, была готова броситься за лошадью, но вместо этого застыла на дороге и просто смотрела ей вслед. Она выглядела такой растерянной, что Дарий даже не стал многозначительно хмыкать – просто сложил руки на груди и нарочито громко вздохнул.

— Дышать тебе не надо! – рявкнула Варна, обернувшись. – А вы чего встали?

Баба пыталась заслонить собой девчонку, но та смело выступила вперед и уважительно склонила голову.

— Я погладить ее хотела, а она… Не серчай, пожалуйста.

Выглядела девчонка взрослой, да вот ростом не вышла – коротышка, с первого взгляда и не понять, что уже не ребенок.

— Знаешь, сколько монет она стоила? – ворчливо осведомилась Варна.

«Нисколько, – мог бы сказать Дарий. – Мы ее украли».

— Где у вас отдохнуть можно? – Ответа на предыдущий вопрос Варна ждать не стала.

— Старая Ромашка к себе путников пускает, – тихо сказала баба, прижав девчонку к себе. – Туда вам, пару дворов пройдете и увидите ее дом.

— Ромашка… – Варна кивнула. – У вас хворает кто?

— Да нет вроде бы. – Баба покачала головой. – У меня все здоровые.

— А соседи?

— Нескольких схоронили, что правда, то правда. Быстро сгорели, родичи даже испугаться не успели.

— Закопали? Или сожгли? – Прищурившись, Варна вглядывалась в лицо перепуганной бабы.

— В домовины сховали. Там, за околицей, поле, за полем бор, а за бором домовины стоят. – Баба поежилась. – Все там. Все, кто ушел.

— Ладно, проверим. Идите куда шли.

— Ты за лошадь прости. Мы дурного не хотели. – Баба вздохнула. – Может, вернется еще?

— Может.

Дальше говорить с ней Варна не стала – развернулась и пошла. Дарий тоже пошел, но считал, что лучше бы ей попытаться кобылу вернуть: животное глупое попалось, – поди, увидела траву и остановилась пощипать. В седельной сумке у нее и еда, и настои, но Варна словно забыла об этом – уверенно шагала ко двору названной Ромашки.

От Дария, однако, не укрылось ее раздражение. В груди что-то ворочалось, жгло, не находило покоя. Варна слишком боялась показаться глупой, неопытной, хотя каждый встречный видел, что перед ним девчонка совсем, а не матерая охотница. Так или иначе, а советы и мысли Дарию пришлось оставить при себе – не говорить же с ней, право слово.