Принцесса с сюрпризом - это я! - Наталья Овчар Страница 150

Я окунулась в бледную сирень её глаз, и тут перед внутренним взором замелькали события жизни Сины.

Редкие встречи с отцом, добрая улыбка няни, сообщение о её болезни и новые лица воспитательниц. Одна особенно не нравилась тогда — глаза бездушные, как у змеи. Бррр… Затем она неожиданно исчезла из моей жизни.

— У тебя здесь стоит запрет. Так бывает, что сознание ставит его на какое-то событие. Потрясение, которое ты перенесла приблизительно в возрасте между тремя и четырьмя годами. Ты ведь не помнишь о нём?

— Не знаю. Наверное, не помню. Моя жизнь до некоторых пор была сплошным потрясением, — хмыкнула я.

— Хочешь его вскрыть? Ты уже взрослая. Может, это что-то прояснит для тебя самой. Но если не хочешь, то не стану.

— Вскрывайте. Мне самой интересно — что такого страшного захотела забыть когда-то, — решилась, подумав, что может быть, это рождение Риси на Сину так подействовало.

Вспышка! Резкая боль в висках, но она тут же прошла. Я-Сина сидела в ванной, наполненной так, что вода доставала аж до подбородка. Тётка со змеиным взглядом начала намыливать мне голову, а затем попросила откинуть её назад, чтобы смыть пену. Я капризничала и хныкала — пена попала в глаза и щипала. Чувствовала к этой Нагайне лишь неприязнь — ведь она заняла место моей любимой нянюшки, но страха перед водой не испытывала. Устав уговаривать, служанка рукой сама начала насильно запрокидывать мне голову, надавливая на лоб. Я вертелась, вырывалась и вдруг вся полностью ушла под воду. Специально ли она меня притопила, либо это вышло случайно — непонятно, но я так испугалась, что непроизвольно сделала вдох, и вода заполнила лёгкие. Сознание погасло, но через мгновение перед глазами просветлело. Я дышала. Видимо, тётка успела реанимировать. Нагайна смотрела в упор, гипнотизируя взглядом, и с нажимом повторяла: «Забудь, всё забудь!»

Вот где таилась причина водобоязни Сины! Далее снова замелькали картинки жизни, где вместо злой тётки снова появилась моя нянюшка. Потом её не стало. Промелькнула сцена ухода и пробуждения, а затем картинки замелькали ещё быстрее, притормаживая на эпохальном разговоре с отцом, а затем и с мачехой.

Миведия хмыкнула на том месте, где я общалась с яйцом, и ещё нескольких событиях. Просмотр жрица остановила на моменте, где мы с Берисом находились в домике его пассии, когда та перекрашивала мои волосы. Видимо, силы старушки иссякли. Она прервала контакт глаз и отпустила мои руки.

— После того ритуала твоё поведение изменилось. Отец это заметил, но не понял причину, решив, что ты просто повзрослела, — снова пристально посмотрев в глаза, сказала Миведия. — Ты произносила непонятные слова во время привязки к зубельхори-синь, я не могу понять языка твоих мыслей, и это — не одно из межплеменных наречий ресов. Я допускаю, что твоя няня обучила тебя, но думать можно лишь на своём родном языке. И этот язык — не олийский.

— И что из всего сказанного следует? — спокойно произнесла, понимая, что эта умная женщина уже сделала правильный вывод.

Почему я так спокойна? По нескольким причинам. Во-первых, жрица — дама весьма любознательная и не упустит случая узнать ещё больше. Во-вторых, их богиня не просто так ввела меня в правящую семью, поэтому против её воли никто не пойдёт. В-третьих, я уловила во время контакта её мысль о каком-то пророчестве, связанном со мной. Кстати, надо о нём расспросить при случае подробнее. Можно назвать ещё несколько причин, но хватит и этих.