Злодейка желает искупления - Татьяна Антоник,Аника Град Страница 150

Обсуждать с ним Лю Цяо я не стала. Прагматичный и недоверчивый Чен Юфей обвинит ее, и мы поссоримся. Хотя нас могли обмануть и посланники из Чжоу, в конце концов, страны воюют, да и любому в столице известно, до какой степени я близка с невесткой.

— И что ты будешь делать? — холодно спросил он.

Решение было спонтанным, почти безумным и неожиданным даже для меня.

Я Шэнь Улан. У меня мало положительных качеств, и как сказал господин Веймин, я расчетлива. Вот я и рассчитала, что это будут не переговоры, а бойня. Я не могу так рисковать. Мое положение шатко, если мои шпионы ошиблись, то я быстро перейду в немилость правителя. Но если я промолчу, и генерал погибнет из-за моей недостоверной информации, моя совесть не выдержит этого груза. Вдобавок я буду обязана его памяти, ведь это я снабдила его ложными сведениями. Долг чести для благородной дамы — не пустой звук, даже для такой, как я.

Примерно так я объясняла себе будущие слова, подбирая ключ к практичному сердцу Чен Юфея.

Я стояла в своем кабинете, пальцы бесцельно водили по краю карты, где устье реки Цзинвэй было помечено зловещим знаком.

— Я поеду туда с маленьким отрядом, — зашептала я, больше для себя, чем для него. — Если спать не более четырех часов, двигаться, постоянно сменяя лошадей, то мы нагоним генерала Яо как раз ко дню столкновения. Я должна его предупредить. Он выслушает меня. Других посланников, от тебя или от двора, он не воспримет, может счесть за интригу и проигнорировать. Мое же лицо... Он меня примет.

Чен Юфей молчал, его обычно насмешливый рот был сжат в тонкую, недовольную линию. Он смотрел на меня так, словно я объявила о намерении прыгнуть в пропасть.

— Это безумие, Улан, — наконец выдохнул он, и в его голосе звучала несвойственная ему усталость. — Дороги небезопасны. Одна женщина, даже с охраной из умелых бойцов... Ты не воин. Одна случайная стрела...

Да, я не воин, но не зря меня когда-то прозвали демоницей. Во мне бурлила темная энергия, пыталась вырваться. Когда я пользовалась этим умением, я решала проблемы, но появлялись новые.

С другой стороны, выбирать не приходилось.

— Я не прошу тебя одобрять, Езоу. Я прошу тебя помочь мне, как ты всегда это делал, — перебила я его, и в моем голосе прозвучала сталь, та самая, о которой говорил Яо Веймин. — Продумай наш маршрут. Найми мне верных людей, не тех, что падут духом при виде крови, а тех, что знают цену своему мечу. Я заплачу им вдвое против обычного.

Он замер, изучая мое лицо. Он искал в нем тень сомнения, слабину, но находил лишь непоколебимую решимость. И в его глазах я прочла то, за что ценила его все эти годы.

Он не видел во мне хрупкую фарфоровую куклу, нуждающуюся в защите. Он видел соратницу, подругу. Он никогда не считал, что я слабее него. Чен Юфей мог быть против, мог спорить, ругаться, но в конечном счете — он поддерживал и принимал мой выбор.

Секунду спустя он резко кивнул, словно сбрасывая с себя груз раздумий.

— Ладно. Быть тебе, упрямая. Людей я найду, как и самых выносливых лошадей. Но ты сделаешь все, как я скажу. Никаких геройств. Твоя задача — доехать и сказать. Все остальное будет делом моих наемников.

Облегчение, сладкое и горькое одновременно, волной накатило на меня. Я кивнула, не доверяя своему голосу.