Вампирский роман Клары Остерман - Ульяна Черкасова Страница 152

— Я не знаю, Демид Иванович, клянусь. – Она положила ладонь на грудь. – Знаю только одно: эти люди опасны и очень влиятельны.

Ещё чуть-чуть и пойду работать корреспондентом в «Туманы Белграда». Материала про призраков, упырей и чудовищ я собрал на целый год. А что? Может, им хоть платят. Писать я вон тоже научился. Столько настрочил, что можно всю зиму печку топить.

ИЗ ДНЕВНИКА КЛАРЫ ОСТЕРМАН

16 лютня

В доме всё готово. Тео чудесный хозяин, всё у него спорится, а я просто стараюсь не мешать.

Он подготовил для меня платье. Багровый бархат и вырез, какого я в жизни не носила. Ещё даже не померив наряд, а только увидев возмутительно откровенное декольте, я поспешила из своей спальни в кабинет, где Тео разбирал почту.

Для просто друга хозяина особняка он удивительно хорошо разбирается во всём. Может, даже слишком хорошо. И мне хочется свалить это на его ум и сообразительность, но… Я слишком недоверчива? Может, это моя собственная испорченная натура заставляют видеть в других изъяны?

Так вот, я хотела отказаться от платья, аргументировав это тем, что никогда не носила прежде ничего подобного и предпочитаю что-нибудь поскромнее.

Но доводы Тео и вправду не оставляют никаких возражений.

Сидя за большим деревянным столом, чьи ножки выполнены в форме чудесных животных и духов (честное слово, даже в особняке Ферзена не видела такой роскоши), Тео откинулся в большом мягком кресле.

— Итак, начнём с самого начала, – взмахнул он пером, которым только что расписывался в ответе кому-то из адресатов. – Почему ты прежде такого не носила?

— Потому что никогда не шила ничего похожего на заказ.

— Почему? – вопрос застал меня врасплох, хотя он кажется совсем простым.

— Потому что я такое не ношу.

— Кто тебе сказал?

— Никто.

На самом деле, мне никто никогда не говорил, как одеваться. Впрочем, точно так же и как не стоит. Ну, кроме Настасьи Васильевны, которая критиковала мой вид. Но это платье, пожалуй, напомнило о ней и её вызывающей кокетливости, которую я всегда презирала.

— Так ты сама выбирала себе одежду прежде?

— Ну, её заказывал мой отец…

— А что хотела носить ты?

Я открыла рот, но так и не произнесла ни слова.

— Не знаешь? – подсказал, взмахивая пером, точно дирижёр смычком, Тео. – Потому что никогда прежде не выбирала ничего сама… или, даже если имела возможность выбрать, не позволяла себе ничего смелого и – самое страшное, – он округлил глаза, точно и вправду собирался сказать что-то кошмарное, – привлекающее внимание?

— Я не люблю, когда на меня обращают… – начала я, но Тео снова резко взмахнул пером.

— Тс-с-с, – цыкнул он. – Ты понятия не имеешь, моя дорогая Клара, каково это, когда на тебя обращают внимание. И ты не знаешь, нравится ли это тебе или нет, потому что ты прячешься под своими мышиными нарядами в тенях. И не узнаешь, пока не попробуешь.

— Но…

— И только попробовав, сможешь сама решить, как захочешь поступать в дальнейшем.

Во мне поднялась волна возмущения, и я уже хотела отринуть все его нелепые предположения, когда вдруг почувствовала, что сказать мне на самом деле нечего. На моей стороне лишь страхи и предубеждения, и ни одного весомого аргумента.

— Прошу тебя, – голос Тео стал настолько мягким, что возразить я уже не посмела. – Просто попробуй. Всего один вечер. И ты будешь в маске.