Пустующий трон - Кен Лю Страница 154

Шидо наклонилась и зашептала хозяйке на ухо, несмотря на то, что в комнате, кроме них, никого не было.

Джиа закрыла глаза и на минуту задумалась:

— Он сразу отправился к ней?

Шидо помотала головой:

— Сначала он навестил принцессу Фару, а затем посетил святилище Ясного Кокона. Госпожа Сото узнала о его прибытии, когда застала Фару и придворного повара за составлением меню к сегодняшнему ужину.

Джиа кивнула:

— Передай госпоже Сото, что я занята и увижусь с ней за ужином.

Пришел черед Шидо посмотреть вопросительно.

— Я и так знаю, что скажет Сото, – горько улыбнулась Джиа. – Это может подождать.

Шидо отвесила госпоже поклон джири и скрылась так же тихо, как и вошла.

«Ах, моя старая подруга Сото, – подумала Джиа. – Ты по-прежнему считаешь, что мы с Фиро можем встретиться на полпути. Но как найти компромисс между желанием навсегда убрать меч в ножны и желанием искромсать им тысячи людей? Мне бы твою веру…»

Ей одновременно приходилось следить за множеством замыслов внутри замыслов.

Джиа бросила взгляд на подушки и заметила, что один из ее любовников забыл нефритовую заколку. Она подняла ее. Вспомнила, что этих мужчин привел Гимото, под предлогом того, что они были учеными-кашима, обнаружившими в архивах древних правителей Тиро сведения о добродетельных королевах-регентах, исполнявших волю народа. На свидание они нарядились в облегающие мантии, подчеркивающие фигуру, и надушились дорогими духами из лучших алых домов. Оба были столь молоды, что их суммарный возраст не достигал возраста Джиа.

«Достопочтенная и священнейшая тетушка-императрица, – стоя на коленях, обратился к ней Гимото, всем видом выражая торжественность и благоговейный трепет, – твой смиренный отрок желает тебе доброго здравия и вечного правления. Пусть энергия этих молодых людей, моих друзей, поспособствует этому».

Джиа усмехнулась, представив, как перекосило бы Тете, мать Гимото, если бы та узнала, что ее сын демонстрирует преданность с помощью таких вот «подарков».

Сильным решительным ударом она разбила нефритовую заколку о кровать и небрежно отшвырнула обломки.

Эти мужчины были весьма энергичны в постели и достаточно понравились Джиа, но видеться с ними снова не входило в ее планы. Юные любовники были нужны ей не столько для того, чтобы развеяться, сколько для отвлечения внимания окружающих. Когда-то она посоветовала Куни взять вторую жену, чтобы скрыть от Гегемона свои политические амбиции, и эти молодые люди служили той же цели. Никто даже и не станет подозревать, что правитель, проводящий все время в любовных утехах, на деле следует долговременному плану. Беспорядочные связи соответствовали расхожему образу, который сложился у многих людей в отношении власть имущих, и, укрывшись за пеленой ложных ожиданий, Джиа могла незаметно строить козни.

Однако у этих «отвлекающих факторов» были и свои интересы. Очевидно, Гимото надеялся, что молодые любовники добьются расположения императрицы и станут передавать ему все, что она прошепчет во сне. Это представляло опасность, а потому Джиа следовало соблюдать предельную осторожность.

Утренний сон крайне обеспокоил ее. Такие сны были следствием ее мягкости и сомнений – а этого Джиа позволить себе не могла. Возможно, что на нее также подействовали испарения, выделявшиеся в ходе экспериментов. Джиа решила в будущем пользоваться более надежной маской.