Да здравствует принц! - Фрэнсис Кель Страница 154

Я растерялся, но понял, что сейчас надо ответить настолько уверенно, насколько только возможно.

— Обещаю.

Он кивнул и, повернувшись, направился к дверям, а у меня вновь защемило в груди. Я не знал, сколько времени мне отведено, но надеялся, что и Гедеон проживёт долгую и счастливую жизнь. Он этого заслуживает.

32

Когда мы ехали в лимузине на выпускной бал, Оливер не замолкал ни на минуту.

— Во всей Октавии я последним урвал костюм из этой коллекции. Понимаете? Во всей Октавии! Пришлось воспользоваться связями дяди, – хвалился Оливер. – Ты глянь. – Он указал на свою брошь: – Ласточка из чистого золота. А у Оливии кулон с ласточкой. – И гордо заявил: – Мы взяли парный набор.

Оливер был в чёрном костюме из осенней коллекции французского ателье. На брюках крепилась широкая плиссированная юбка, которую иногда называли килтом, а вместо галстука он воспользовался золотой брошью в виде птицы. Оливер утверждал, что какой-то голливудский актёр был в таком же костюме на своей недавней кинопремьере.

— Красиво, – без раздумий согласился я.

— Тебе очень идёт, – произнёс Леон, обращаясь к Оливии. Та кокетливо стрельнула глазами в ответ.

На ней было зелёное нежное платье, оголявшее бледные хрупкие плечи. Из украшений, – цветы и длинные ленты в волосах и на платье. На изящной шее висел упомянутый кулон-ласточка. Настоящая лесная фея, казалось, что ещё мгновение – и Оливия упорхнёт от нас, скрывшись в лесу.

За последнее время она заметно изменилась: и вкусы, и привычки. В лицее она всегда ходила со сложными высокими причёсками, держалась вежливо и холодно, словно хотела казаться настоящей октавианкой из высшего общества. Но после памятного вечера, когда Оливия показала нам себя настоящую, она будто отбросила все рамки, в которые старательно загоняла себя годами. Я всё чаще видел её, допускавшую некоторые «поблажки»: распущенные волосы, тёплые улыбки и тихий смех над чужими шутками. Да, в лицее она поддерживала неприступный образ, но с нами раскрылась с другой стороны. Казалось, день, когда Оливия распустила пучок и переоделась в футболку Скэриэла, стал для неё роковым. Я был рад, что она чувствует себя комфортно рядом с нами.

— А мне? – возмутился Оливер.

— Тебе тоже, – улыбнулся Леон. – Вы оба сегодня красивые.

— А я? Я? – влез я, повторяя интонации и манеру речи Оливера.

Все в салоне рассмеялись.

— Я так не говорю, – цокнул языком Оливер.

— Очень похоже вышло, – прикрыв рот ладонью, хихикала Оливия.

Оливер предвкушал отличный вечер, но его настроение моментально испортилось, когда Оливия, выйдя из салона, заявила, что сегодня в паре будет не с ним.

— Когда вы собирались мне это сказать? – Слишком громко хлопнув дверцей лимузина, Оливер скрестил руки на груди.

Держа Леона под локоть, Оливия закатила глаза.

— Говорим сейчас. – Голос её был невозмутимым, словно это не она организовала самое крупное предательство в жизни брата. По мнению, конечно, самого Оливера.

— Если ты против… – начал было Леон, но Оливия его перебила:

— Он не против.

— Я против. – Оливеру не хватало только топнуть ногой как маленькому ребёнку. – Я думал, что мы вместе пойдём на выпускной, как пара.

— Мы постоянно с тобой вместе. – Оливия устало выдохнула. – Дай мне сегодня побыть в паре с другими.