Да здравствует принц! - Фрэнсис Кель Страница 161

— Никогда не видел её такой большой и круглой! – восхитился Оливер, после чего сделал глоток прямо из горлышка и передал бутылку Леону.

— Нужно просто иногда поднимать голову. Над Октавией часто бывает такая луна, – непринуждённо ответил Скэриэл.

— Правда? – Оливер остановился, встал посреди дороги и протянул руку вверх, будто ловя что-то пальцами в воздухе. – Такое чувство, что я могу дотянуться до неё.

Задрав голову, Скэриэл встал рядом с ним.

— Оливер уже пьян, – прокомментировала эти действия Оливия.

Полчаса назад она стянула туфли и теперь ходила босиком, лениво держа обувь в руках. И хотя был конец июня, ночью дул прохладный ветер, поэтому Оливер одолжил сестре свой пиджак, чтобы та накинула его на голые плечи.

Я тоже поднял голову, рассматривая луну. Она была пугающе большой, словно наблюдающий за нами зоркий глаз. Мне стало не по себе: казалось, луна знала обо всех моих секретах. И осуждала.

— Пойдёмте? – поторопил я остальных.

Болтая, мы дошли до парка. Он был закрыт, но мы перелезли через ограду. У Скэриэла и Леона это вышло почти играючи, в то время как Оливер сначала зацепился подолом юбки и чуть не упал, напугав всех, а я застрял наверху, не понимая, куда ставить ногу, чтобы спуститься. Ребята предлагали прыгать, – Оливер, посмеиваясь, раскинул руки и предложил себя в качестве подстраховки, – но я послал их далеко и надолго, ведь быть принцессой в беде совсем не хотелось. Оливия же, недолго думая, прошла вдоль забора, нашла щель, – пара сломанных прутьев пришлась как нельзя кстати, – и протиснулась через неё, едва не порвав платье.

— Никогда здесь не был ночью, – проговорил Леон.

— А я никогда не перелезал через заборы, – вторил ему Оливер.

— Я никогда не ходила босиком на улице, – прошептала Оливия.

— А я всё это делал, – улыбнулся Скэриэл, замкнув круг ночных откровений. – Вперёд. – И он уверенно направился в сторону большой поляны, подсвечивая себе путь фонариком на телефоне.

Болтая и шутя, все последовали за ним, лишь я один молчал бо́льшую часть дороги. Оливии пришлось обуться, чтобы не пораниться. В высокой траве она не видела, на что наступает, а фонарик здесь не помогал. Оливер передал мне шампанское, которого осталось на пару глотков. Я помотал головой, на что он пожал плечами и хотел было допить, как Скэриэл ловко выхватил бутылку из его рук.

— Эй, – жалобно произнёс Оливер.

— С тебя хватит, приятель. Ты еле ходишь.

— Я в порядке, – канючил Оливер.

— Когда мы перелезали через ограду, ты два раза перепутал, с какой стороны спускаться.

Леон и Оливия громко рассмеялись. Даже я невольно улыбнулся. Оливер не понимал, почему всё время возвращался туда, откуда начинал лезть.

— Ну я же в итоге спустился, – возмущался Оливер.

— Да, выбор там был небольшой. Либо одна сторона, либо другая, – хохотнул Скэриэл.

— Ви-и, – ныл Оливер. – Скажи им.

— Ты правда пьян, милый, – почти с материнской интонацией произнесла Оливия. – Иди сюда.

Оливер обнял сестру, уткнувшись ей в шею. Леон обнял их двоих и протянул руку ко мне. Не зная, что ещё сделать, я смущённо подошёл и обнял ребят. Широко раскинув руки, Скэриэл замкнул нашу цепочку, встав рядом и обняв меня и остальных.

— Не хочу, чтобы эта ночь заканчивалась, – раздался в ночной тишине шёпот Оливера.