Биатлон. Мои крылья под прицелом - Анастасия Разумовская Страница 163

Я рывком поднялась с одного колена. Потом с другого. Передо мной стоял магистр Литасий. Я попыталась выравняться, чтобы смотреть в его лицо прямо.

— Завершён договор наш, — изрёк мужчина. — Ты проиграла. Истекло время твоё.

Он бросил монету. Она завертелась, мир завертелся, и я оказалась у себя дома. В собственном инвалидном кресле. Прямо в комнате, где спала с сёстрами. Хорошо хоть их не было. Позвоночник пронзило болью. Что-то холодное скользнуло по бедру. Я, вздрогнув, глянула. Это оказалась белая змейка, она упала вниз по ноге и растаяла, и в тот же миг боль в ногах исчезла.

Ни лодыжку больше не дёргало судорогой, ни мышцы не гудели.

Тишина. Только лопатки болят и руки ноют. Так сильно ноют, что плакать хочется. Но плакать я не буду. Ни за что.

И тут дверь распахнулась, и в комнату, топоча ножками, ворвалась хохочущая малышка Эльзята. А за ней, нарочито расставляя руки и топая, «догонял» Зурган:

— У-у-у! Это кого я сейчас поймаю? У-у-у! Съем сейчас!

Эльзята завизжала от испуганного счастья и тотчас залилась смехом. Я откинулась на спинку кресла и посмотрела на них. И снова эти слёзы! И снова щекам стало мокро.

Да и пусть. Хотят и бегут, чего уж тут…

Глава 56

Звездный принц

Эрсий открыл глаза и увидел, что находится в комнате, лиловой от вечерних теней. Он тотчас вспомнил минувший день, предательское нападение бывшего вассала, неожиданную помощь Иляны, василиска и… поцелуй.

Это был странный поцелуй. Костёр в морозную ночь.

Принц коснулся губ, и ему показалось, что они ещё хранят её тепло. «Я так и не успел попросить у неё прощение за напрасные подозрения», — вдруг вспомнил он. Приподнялся на руке, опустил ноги на пол и застонал сквозь зубы от судороги, пронзившей тело от пятки до поясницы.

Валери проехала мимо, оставив жениха умирать. Это было разумное решение. Поступок Иляны был лишён логики.

«Я не понимаю» — «Это неважно».

Что — неважно? Его непонимание? Их поцелуй? Или что она имела в виду?

«Нам нужно поговорить», — решил Эрсий. Всё произошедшее тревожило его своей нелогичностью. Оно было… неправильным. Оно рушило чёткие схемы, в которые до сих пор вполне стройно укладывался мир.

Отец логично попытался убить Мёртвого бога, собрав команду единомышленников — это было разумно. Мёртвый бог, узнав о заговоре, логично уничтожил отца и практически лишил магии весь род мятежника. Это тоже было логично. Их помолвка с Валери тоже была исполнена разума: он — повелитель эмоций, она — фея смерти. Неистовая в гневе и ненависти, и именно он мог удерживать её пламя. Сможет, когда магия вернётся к нему. А она сможет избавлять его от боли и тяжести бремени чужих эмоций.

Всё прекрасно и логично выстраивалось в полезную для всех схему.

Учёба в академии, козни, интриги — всех их можно было просчитать и…

«А Харлака я не заметил, — попенял себе принц. — Хотя это было логично. На него указывали разные обстоятельства». Иляна торчала занозой в его сердце, бередя его своей неправильностью. На тренировках Эрсий видел, что она победит Валери. Почему тогда девушка вернулась?

Голова болела от этих мыслей, и Эрсий покинул комнату, едва одевшись, полный решимости во всём разобраться, иначе так недолго и с ума сойти. Даже если понадобится очень-очень долгий разговор, всё равно нужно разложить всё и рассортировать, объяснив каждый нюанс из всего произошедшего.