Пустующий трон - Кен Лю Страница 165

— Когда я была маленькой, лунные пряники с пастой из лотоса сразу сметали со стола – такая вкуснятина! – попробовала она снова соблазнить сыновей. – Мы с вашими дядями и тетей даже дрались из-за них.

— Гадость эта твоя паста из лотоса, – ответил на языке агонов четырехлетний Рокири Арагоз, младший братишка Танто.

— Прикуси язык, Джиан-тика, а не то будешь наказан, – пригрозила ему Тэра. – Я так старалась, готовила вам эти пряники. Пока все не съедите, из-за стола не выйдете.

Она действительно очень старалась, как и все дара, осевшие в долине Кири. За время пути в Укьу-Гондэ «Прогоняющей скорбь» приходилось погружаться под воду чаще, чем было предусмотрено конструкцией, и несколько отсеков трюма затопило. Запасы семян, включая большинство коробочек лотоса, сильно пострадали. Прошел не один год, прежде чем специалистам-садоводам удалось вырастить достаточно лотосов, и теперь, впервые после прибытия в Укьу-Гондэ, Тэра решительно настроилась провести праздник по всем правилам.

— Почему мы вообще отмечаем «середину осени», если сейчас лето? – спросил Рокири.

— Потому что Праздник середины осени – это прежде всего праздник урожая, а здесь мы собираем… вот что, не морочьте мне голову. Кушайте лучше пряники.

— Не хочу я их есть, – надулся Танто. – Это силос какой-то.

— Кто тебя научил так говорить? – Тэра перешла на язык агонов, прищурилась и покосилась на мужа, который маячил у входа в шатер, стараясь не отсвечивать.

— Это не я! – Таквал поспешно вскинул перед собой руки, приняв оскорбленный вид, словно бы на него возвели напраслину. – Многим наро и кулекам не по душе оседлый образ жизни, им не нравится копаться в земле, чтобы добывать пропитание. Их дети повторяют за родителями, вот Кунило-тика с Джианом-тикой и нахватались.

Сейчас, спустя шесть лет после прибытия Таквала и Тэры в Укьу-Гондэ, тайное поселение в долине Кири насчитывало уже две тысячи жителей. Дара и агонов здесь было примерно поровну. Таквал формально принял титул пэкьу и подтвердил притязания клана Арагоз на владычество над всеми племенами агонов, хотя далеко не все знали об этих притязаниях. Для льуку номинальным вождем разрозненных племен по-прежнему оставался Вольу. Время от времени Таквал посылал гонцов в Слиюса-Ки и вербовал новых повстанцев. До сих пор Вольу выполнял данные им обещания.

— Что значит «копаться в земле»? – повысила голос Тэра. – Сколько раз мне повторять этим твердолобым танам, что возделывать землю гораздо практичнее, чем пасти стада…

— …когда речь идет о том, чтобы тайно прокормить большое количество человек, – закончил за нее Таквал. – Милая, мы уже вызубрили это наизусть. Ты можешь привести в пример всех детей, которые родились после нашего прибытия в долину Кири, можешь перечислить, скольких засух и бурь мы избежали с тех пор, как оставили скотоводство. Я на твоей стороне, но пойми, остальным тяжело. Это не по-нашему…

— В том-то и проблема, – вздохнула Тэра. – На все у вас одна отговорка: «Это не по-нашему». А на деле агоны мне просто не доверяют. Меня не считают равной тебе и с подозрением относятся ко всем моим предложениям. Я все четко расписываю, растолковываю порядок действий, уговариваю, взываю к здравому смыслу. Как еще мне заставить их понять, что я стараюсь сделать как лучше?..