Вампирский роман Клары Остерман - Ульяна Черкасова Страница 165

Стоило оказаться внутри, как я остановилась напротив огромного окна на потолке с наклоном, заворожённая огоньками раскинувшегося перед нами города.

— Какая красота, – вырвалось у меня. – И вы тут живёте?

— Угу, – пробурчал Давыдов и как-то бочком, бочком продвинулся к столу и горелке, загремел посудой.

Я успела заметить, как он накинул свою шинель на кровать, пытаясь прикрыть дыру в одеяле, а большой кастрюлей – пятно гари на стене.

— Чай? – спросил он неожиданно сдавленным голосом.

— Было бы здорово, – кивнула я.

— Голодны?

— О, нет, благодарю…

Поймав на себе полный подозрений взгляд бобриных глаз, я ещё несколько раз вежливо отказалась от ужина, пока, наконец, не догадалась.

— Я не нападу на вас. Не переживайте.

Наверное, на его месте я бы тоже беспокоилась. Не объяснишь же ему, что все прошлые годы, пока отец оставался рядом, я жила самой обычной жизнью и ни для кого не представляла опасности. Создатель! Прежде я вовсе и не подозревала о своих особенностях.

— Можно открыть окно?

Давыдов загремел чайником на горелке, посмотрел на меня растерянно и не сразу ответил.

— Да, конечно.

Он оставил чайник, бросился к окну, задёргал ручку – всё как-то очень резко, грубо, громко. Я отошла в сторону, пока он открывал створку. Внутрь посыпался снег и влетел морозный воздух, а я с восторгом нерешительно выглянула наружу.

— Осторожно, – Давыдов протянул руку, но так, чтобы не коснуться меня.

— Можно же выйти на крышу? – спросила я.

— Конечно, – прищурил бобриные глаза Давыдов. – Только не упадите.

— Постараюсь, – пообещала я.

Он посмотрел на меня как-то по-особенному сердито, но пропустил.

И я, наконец, оказалась на улице. У меня перехватило дух, когда ветер ударил в лицо, а под ногами раскинулся огромный бескрайний город. Дом Давыдова стоит в доках, и отсюда видно и чёрные воды пролива с белеющими парусами кораблей слева, и горящий сотней огней Императорский дворец. И площадь, и храмы, и заснеженные каналы, и огни.

Вдоль края крыши протянуты металлические перила. Сама же крыша достаточно покатая, если быть неосторожным, можно и упасть. Я присела, обхватывая себя руками, и вдохнула ночной воздух.

Краем уха я слышала, как в квартире звенел посудой Давыдов, но меня быстро поглотили звуки города: и весёлые голоса где-то далеко внизу, и вой ветра над проливом, и треск мороза.

А после в небе вдруг загорелся огонь – это констанц поднялся в воздух над площадью Двух корон.

— Давыдов! – воскликнула я и подскочила, хватаясь за перила. – Скорее! Сюда!

Он выскочил с выпученными глазами.

— Что такое?

— Смотрите, – я не могла перестать улыбаться, указывая на констанц, а он всё не мог понять, на что я показываю. – Смотрите же, Давыдов, вон, летит!

Наконец, он обернулся и тяжело вздохнул.

— Создатель! Я подумал, что случилось…

— Конечно случилось! – возмутилась я. – Констанц полетел. Разве это не чудо?

Бобров Давыдов посмотрел на меня с лёгким раздражением.

— Это не чудо, господица Клара, – произнёс он назидательно, – это наука. Ваше чудо осталось в руках у Ложи или Первого отделения. Или кто там забрал вашего упырёныша?

Я лишь закатила глаза в ответ на его шуточки.

— Идите пить чай, – позвал Давыдов чуть миролюбивее.

— А можно попить чай тут? – с надеждой спросила я.

— Вы замёрзнете и простудитесь. Или… вы больше не… ну…