Легенда о конокраде - Анна Черкасова,Мария Крехова Страница 168

— Может быть. – Она разом подтвердила все слова Ивора. – А может, я просто не понимаю, как прихоть одного старого бога может остановить кого-то вродетебя.

— Я лишь преданный слуга людей Црана, – бесстыдно соврал Ивор. – Они чтят, как ты сказала, эти прихоти. Сама видела, сколько подношений они носят к молитвенным столбам Туули. Уверяю: там и для Сеятеля припасено немало.

— И для тебя.

Показательная скромность дрогнула, и на миг в светлой бороде показалась острая улыбка. Так Сауле поняла, что Ивор попался. Она повторила:

— И для тебя. Мы как последователи Сеятеля прибыли с большой земли в поисках мудрости нашего бога, а нашли не менее способного правителя, при котором Цран процветает. Невольно начинаешь задумываться, чтоэтот правитель может сделать с целой страной, дай ему власть. Хотя бы с Южным Йоном, откуда люди бегут на остров из-под правления его старого брата-кирье.

— Я польщен. – Ивор прижал руки к груди. Жесты, плавные и живые, как никогда не сочетались с внешностью осунувшегося, почти что старого человека. Поэтому Сауле всегда становилось не по себе при виде него. – Предлагаю вернуться в дом и выпить за все наши мечты, что никогда не станут явью. Ты пробовала горячее пиво с медом?

Ивор кивнул в сторону пасущейся кобылки, надеясь уйти с ветреного склона. Сауле медленно-медленно повернулась к хозяину острова, стараясь не расплескать остатки уверенности.

— А если это не мечта? Если есть тот, кто может не только помочь сохранить порядок на острове, но и привлечь на твою сторону людей большой земли?

Ивор цокнул языком.

— Кто-то проговорился, ай-ай. – Он не выглядел разозленным, но Сауле понимала, что жене рыбака придется плохо, если она сейчас же не заставит Ивора забыть об этом.

— Сила, которую я могу тебе предложить, куда больше, чем войско купца средней руки! – Она повысила голос, и тот предательски задрожал. Сауле наконец подобралась к главной просьбе: – Взамен на нее я прошу свободу для Анар. И моих друзей. Больше ничего. Не нужна даже лодка и припасы, пускай сами решают, как выбраться.

При упоминании Анар Ивор встрепенулся и облизнул пересохшие губы. Этот жест Сауле не понравился,совсем не понравился, но отступать было поздно. Она продолжила:

— Я сказала, что должна кое в чем признаться…

— Сауле. – Тон Ивора был такой мертвый, что слова застряли у нее в горле. Хозяин острова изменился, и от манерного ехидства или усталости на его лице не осталось и следа. Голубые, почти белесые глаза ничего выражали. Настолько, что казалось, будто они и вовсе высасывают цвет, высасывают жизнь из всего, на что падает их взгляд.

— Не называй меня по имени, – выпалила Сауле в секунду слабости. Будто черная дыра рта Ивора может безвозвратно сделать ее безымянной.

Ивор никак не отреагировал на эти слова и снова заговорил:

— Мои гостьи имеют дурную привычку. Думать. Они думают, будто, деля со мной постель, имеют право еще хоть на что-то. Будто разговоры за чаркой сидра ведутся не для развлечения, а потому, что мне нужен совет, как управлятьмоим островом, от раттской базарной девки. И, под стать любой базарной девке, они выносят наши разговоры за порог, где те превращаются в домыслы. – Улыбка вновь изломила губы Ивора. На его лице читалась обида. – Я же не поступил так. Ты перешагнула порог, вернулась к друзьям, а твоя тайна осталась внутри.